Александр Пониматкин

Представим на мгновение альтернативную реальность. Революции 1917 года не случилось. Российская империя, пусть потрёпанная Первой мировой, но сохранившаяся, вступает в 1930-е годы под скипетром царя. Она остаётся великой державой, но какой? Её экономика по-прежнему основана на экспорте зерна, леса, нефти. Промышленность, сосредоточенная в нескольких анклавах (Петербург, Москва, Донбасс, Урал), развивается, но темпами, диктуемыми рынком и иностранными инвестициями, а не волей тоталитарного государства. В деревне господствует община и помещичье землевладение. И вот на пороге — 1941 год. Гитлеровская Германия, прошедшая через собственную тотальную милитаризацию, обрушивает на восток удар невиданной силы. Сможет ли такая, по сути, аграрно-сырьевая империя с архаичной социальной структурой выдержать этот удар? Или её судьбой станет участь Франции 1940 года, но в гигантском масштабе? Ответ, увы, с высокой степенью вероятности, пессимистичен. Без беспрецедентной, насильственной и кровавой и

Повышение утилизационного сбора с 1 декабря 2025 года уже перекроило российский авторынок: цены на автомобили растут, спрос смещается в сторону подержанных машин, а бюджет не получает ожидаемых доходов. Подробнее о последствиях — в материале Inkazan. Повышение утильсбора, вступившее в силу с 1 декабря 2025 года, стало одним из ключевых факторов, которые перекроили российский авторынок. Формально мера задумывалась как инструмент защиты внутреннего производства и источник дополнительных доходов бюджета, но на практике эффект оказался противоречивым: автомобили подорожали, покупатели стали уходить в обходные сегменты, а поступления в казну так и не выросли. После изменения правил расчета утильсбора резко вырос спрос на подержанные иномарки, не подпадающие под повышенные ставки, — прежде всего автомобили с двигателями мощностью до 160 лошадиных сил. По данным «Известий», цены на такие машины, импортируемые из Азии, в среднем выросли на 15% из-за ажиотажного спроса. Основной поток поставок