Лариса Луценко

Больничное окно было открыто. Утром его распахнула медсестра. Воздух был чист, шевелились шторы, зелень листвы за окном радовала глаз, а до палящего летнего зноя было ещё далеко. Петьке вырезали аппендицит. Говорили, что операция была сложная, еле успели, но Петька был бесстрашный. – Уколов не боишься? – улыбалась утром медсестра, выпуская из шприца воздух. Петька молча повернулся на бок, вставать ему ещё не разрешали. Нашла чем пугать... Привезли его с подворотни. Там прихватило. Нет, он не был бездомным, вырос в детском доме. Просто шли с пацанами с рынка, где пытались нелегально подработать, и тут его прихватило.  Жалел он об одном: подставил Леньку и малого Серёжку – теперь в детдоме переполох будет. Уже вчера после операции прибегала Кирилловна – зам. директрисы, изображала заботу. Петька от наркоза ещё был не отошедший, поэтому помнил, что прибегала, склоняла перед ним обеспокоенное лицо, а вот подробности не помнил.  И чего не прихватило его на территории детдома? Там дойти сов