Нина Крушевская(Кальянова)

— Ты что, на других теперь глаз положила? — Анатолий встал в дверном проёме кухни, загораживая свет из коридора. Светлана оторвалась от нарезки овощей и недоуменно взглянула на мужа. — Толя, ты о чём вообще? — Два часа на этой твоей йоге! С этим... как его... мастером! Два часа! — он подошёл к плите и открыл крышку кастрюли, принюхался. — А дома даже борща нет. Капуста какая-то... Ты раньше нормальную еду готовила. — Инструктор, Толя. Просто инструктор, — Светлана продолжила шинковать морковь, стараясь не показывать раздражения. — И кстати, я предупреждала, что буду поздно. Могу разогреть вчерашнюю запеканку. — Вот именно! Пре-ду-преж-да-ла! — Анатолий ткнул пальцем в воздух, словно ставя точку в невидимом приговоре. — Раньше ты спрашивала, можно ли тебе куда-то пойти. А теперь — предупреждаю! Как барыня! Светлана отложила нож и вытерла руки о кухонное полотенце. — Мне шестой десяток, Толя. Я что, должна разрешения спрашивать сходить на йогу? Врач сказал — спина не восстановится, если

– Уходите из моего дома, – потребовал Михаил Петрович. Но дочки не спешили выполнять его приказ. — Папа! — Катя первой опомнилась и тут же бросилась к нему. — Как ты? Мы так волновались! — Неужели? — он осторожно отстранился от дочери и прошел к столу. — Что вас привело? Неужели соскучились за три года? — Мы просто... — Таня замялась. — Папа, нам сказали... — Что Вера меня обманом заставила переписать квартиру на нее? — Михаил Петрович тяжело опустился на стул. — Не было никакого обмана. Я все сделал по собственной воле. — Но мы же твои дочери, — выдохнула Лена. — Почему вы не вспомнили об этом, когда я не мог встать и нуждался в вас? -сурово спросил Михаил Петрович. — Таня и Лена просто заблокировали мой номер. А ты, Катюша, приезжала только за деньгами. — Неправда, я заботилась о тебе! — воскликнула Катя. — Как в тот раз, когда взяла мои деньги и не даже продуктов не купила? — Михаил Петрович горько усмехнулся. — И потом пришлось тете Вере на свои деньги мне еду покупать.. Катя пок