нина ожогина потапенко

Михаил Александрович Шолохов — фигура в советской литературе особая. Нобелевский лауреат, дважды Герой Социалистического Труда, кавалер шести орденов Ленина. Автор «Тихого Дона» и «Судьбы человека» знал Иосифа Виссарионовича лично. И что примечательно — даже после XX съезда КПСС, когда началось официальное развенчание культа личности, Шолохов не изменил своего отношения к вождю. Я долго изучал биографию писателя, перечитывал его воспоминания. Меня поражало одно — в эпоху, когда многие старались дистанцироваться от прошлого, Михаил Александрович оставался верен своим убеждениям. Он не прятался за обтекаемыми фразами, не подстраивался под новую конъюнктуру. Когда Шолохова спросили о культе личности в Советском Союзе, он ответил предельно лаконично: «Да, был культ. Но была и личность!». Писатель не отрицал факта возвеличивания, но подчеркивал главное — за этим возвеличиванием стояла реальная историческая фигура масштаба, который невозможно умалить. Меня всегда восхищала эта способность —

Одно из самых распространенных заблуждений на Алтае, что Кату-Ярык интересен лишь тем, кто спускается на внедорожнике к реке Чулышман. Рассказываю, почему дорога до смотровой площадки "самого опасного алтайского перевала" - уже само приключение, и чем она зацепит даже того, кто ни за что не рискнет съехать вниз. Что такое "Кату-Ярык" Думаю, что название этого перевала известно всем, кто хоть чуть-чуть читал про Алтай. Звание "самого опасного" закрепилось за ним, пожалуй, благодаря впечатлительным туристам, для которых он стал первым подобным испытанием, и которые от Чуйского тракта далеко не отъезжали и сравнивать им не с чем. Это не упрек, уважаемые читатели, даже и не думайте обижаться😊 Звание "самого опасного" с удовольствием используют блогеры (да-да, и я тоже!), тем самым отталкивая от поездки к нему тех, кто считает себя или своего верного железного коня неспособным по Кату-Ярыку проехать. В свое оправдание скажу, что я проезжала Кату-Ярык два раза (оба раза пассажиром) и оба ра

Советский Союз распался более тридцати лет назад, но споры о причинах этого события не утихают до сих пор. Одни винят во всем экономический застой, другие — бюрократию партийного аппарата, третьи говорят о «естественном крахе» социализма. Но был человек, чье мнение звучит особенно весомо — Александр Александрович Зиновьев, в прошлом советский диссидент, который прошел путь от яростного критика системы до её защитника. Зиновьев не был кабинетным теоретиком — он знал советскую действительность изнутри. В молодости его должны были расстрелять за попытку преступной деятельности против Сталина. После публикации романа «Светлое будущее» в 1978 году, где критиковал Брежнева, философа выслали из страны. Казалось бы, типичная история диссидента, который «обрел свободу» на Западе. Но произошло нечто неожиданное. Прожив в эмиграции в Мюнхене с 1978 по 1999 год, Зиновьев кардинально пересмотрел свои взгляды. Изучая западную капиталистическую систему как учёный-логик и социолог, он пришел к выводу

Приезжает японец в гости к русскому на дачу. Хозяин водит его по участку:— Вот тут у меня 10 соток, тут картошка, там яблони, а вон там баня. Японец долго молчит, что-то считает в уме, а потом спрашивает: — Послушай, а зачем ты на полигоне стоимостью в бюджет небольшого города сажаешь овощи, которые стоят три копейки? Русский почесал затылок: — Да какие миллионы? Это ж просто дача... Ни для кого не секрет, что мы привыкли жаловаться на жизнь. То забор покосился, то дорога к садовому товариществу как после бомбёжки, то морковка не уродилась. Мы смотрим на свои «шесть соток» как на повинность или в лучшем случае как на место для бюджетного шашлыка. Но стоит привезти сюда человека из страны, где каждый квадратный сантиметр на вес золота, как мир переворачивается с ног на голову. Недавно ко мне в гости на Урал занесло знакомого из Токио. Такеши — типичный «салариман», житель бетонных джунглей, который привык, что личное пространство заканчивается там, где начинается локоть соседа в метро.

Каждый раз, когда спрашивают, где я бываю чаще всего летом, я без тени сомнения отвечаю: «На Алтае!» Уже много лет подряд этот загадочный, мощный и такой разный край становится для меня второй родиной. Лето без Алтая — как праздник без сюрприза, как утро без свежего воздуха. Именно летом Алтай раскрывается: зелень настолько яркая, что кажется — природа специально выкручивает контраст на максимум, воды полноводны, реки бурлят и зовут на сплавы, а горные тропы манят свежим воздухом и долгожданным чувством свободы. Честно, ни один отпуск за рубежом не давал мне того, что я нахожу на Алтае каждый год. Сегодня я делюсь своим личным топом — 10 местами, которые считаю обязательными для посещения хотя бы раз для каждого, кто хочет понять душу этого удивительного края. Летний Алтай — не только живописные виды, о которых мечтают фотографы и художники. Это и вполне доступная, «человеческая» жара, когда днем можно загорать, а вечером — греться у костра, не боясь замерзнуть. Это местная кухня с яг