Елена Вертунова

В жарком июле 1944-го, когда Красная армия громила врага в Белоруссии, Москва вдруг увидела их - тех, кто ещё вчера грозил пройти победным маршем по её улицам. 17 июля по столичным проспектам потянулись колонны измождённых немцев. Не триумфаторы, а сломленные тени. Это был не просто парад - это был громкий ответ на хвастовство гитлеровской пропаганды. И за кадром кинохроники кипела жизнь: страх, презрение, слёзы и даже редкие искры человечности. Всё началось с трофейной кинохроники. Немецкий голос за кадром хвастливо вещал: бравые солдаты вермахта прошагали по столицам Европы, и вот-вот Москва падёт под их сапогами. Советское руководство усмехнулось - и решило дать им шанс. Только роли поменялись. Операция "Багратион" раздавила немецкие дивизии в Белоруссии, и из 57 600 уцелевших пленных отобрали тех, кто мог вынести марш. Среди них - 23 генерала, ещё недавно командовавшие армиями. Идея родилась как мощный пропагандистский удар. Сталин хотел, чтобы мир увидел: враг сломлен. О предсто