Андрей и Инесса Прокофьевы

Животные часто приходят людям на помощь, в том числе и в очень сложные времена. Не исключением стала Великая Отечественная война. В самое жуткое, смертоносное и трагичное для страны время животные наравне с людьми совершали настоящий подвиг победы. Собаки часто становятся героями во время военных (и не только) действий. Они находят людей под обломками и обнаруживают мины, нападают на врага и преступника, защищают хозяина. Во время войны собаки уничтожали вражеские танки и поезда, бросаясь под них со взрывчаткой. Доставляли депеши и грузы, когда это не могли сделать люди. Подносили раненым сумки с перевязочными пакетами и вывозили их в ездовых упряжках. Охраняли важные объекты и сидели в засадах вместе с солдатами. За Победу сражались около 68 тысяч собак, которые служили в 168 отрядах на фронтах Великой Отечественной войны. После окончания войны некоторые собаки удостоились медалей «За боевые заслуги» и даже участвовали в параде на Красной площади. Среди них немецкая овчарка Джульбарс

Миша сидел на лавочке у подъезда и смотрел на мир своими ясными, немного раскосыми глазами. Ему было двенадцать, но выглядел он младше. Голова слегка наклонена, руки сложены на коленях, пальцы перебирают край куртки. Так он сидел почти каждый день — один, потому что другие дети во дворе его сторонились. Не то чтобы обижали, нет. Просто не знали, как с ним разговаривать. А Миша не умел объяснять. Он знал много слов, но собирать их в предложения было трудно. Легче было молчать. Мама выходила с ним гулять, но сейчас она была на работе. Миша сидел и ждал. Ждал, когда кто-нибудь подойдёт. Или когда стемнеет. Он любил темноту. В темноте никто не смотрит на него с жалостью или испугом. В тот день во дворе было пусто. Только ветер гонял жёлтые листья по асфальту. И вдруг Миша услышал шаги. Не человеческие — мягкие, быстрые. Из-за угла дома выбежала собака. Маленькая, лохматая, рыжая, с одним стоячим ухом и одним висячим. Она остановилась, посмотрела на мальчика, наклонила голову и тихонько

Сегодня мы вспоминаем о пушистом агитаторе 62-й армии в честь необычного праздника — Дня Всемирного господства кошек Напомним, что все началось с исторического расследования нашего научного сотрудника, кандидата исторических наук, ведущего методиста ЦМВС РФ Дмитрия Александровича Белова. Однажды во время работы с картотекой музея-заповедника «Сталинградская битва» в Волгограде он обнаружил интересную вкладку — «Животные Сталинградской битвы». На одной из фотографий Дмитрий Александрович и увидел кота. В пояснении к снимку значилось: Кот. В дни Сталинградской битвы он находился в частях 124 стр. [елковой] бригады 62 армии и использовался для переноса в части противника наших листовок. Коту привязывались пачки листовок , что на шее у кота листовка, и он отправлялся в расположение частей противника. После чего он возвращался через некоторое время в 124 стр. бригаду и ему давали новое такое же поручение. В 124 с. бригаде его называли кот-герой Там же была и дата съемки — 1942 год. В музе

Мать позвонила через месяц после похорон. – Заберёшь Тимофея? – спросила она. – Мне тяжело одной. Я молчал. Сжал телефон сильнее. Тимофея я помнил – рыжий, старый, всегда спал на коленях у отца. Двенадцать лет прожил с ним, с самого котёнка. – Завтра заеду, – сказал я. Положил трубку. Ком встал в горле. Руки дрожали. Я не был на похоронах отца. Когда мать звонила месяц назад, я сказал что не смогу приехать. Работа. Дела. Она не стала настаивать. Мы не разговаривали три года. С того дня, как мой бизнес прогорел. Отец вложил туда последние деньги – продал гараж, взял кредит. А я всё потерял за полгода. Когда пришёл к нему, он сказал только: "Я же говорил, что это риск". И всё. Больше мы не общались. Он ждал извинений. Я ждал чего-то своего. Никто не позвонил первым. Утром поехал к матери. Дом стоял на окраине, двухэтажный, с покосившимся забором. Я вырос здесь. Калитка скрипнула так же, как двадцать лет назад. Мать открыла сразу. Постарела. Седые волосы собраны в пучок, глаза красные. –

Антонина Петровна измеряла жизнь не днями, а пенсией. Тринадцатого числа — получка, двадцать пятого — оплата коммуналки, первого — крохотный остаток на «прочее». «Прочее» — это чай, хлеб, иногда яйца, раз в месяц куриная спинка на суп. Её мир сузился до размеров однокомнатной «хрущёвки» на окраине города, где обои отставали углами, а из крана сочилась ржавая вода. Дети? Сын в другом городе, живёт своей жизнью, звонит раз в месяц, голос озабоченный, вечно спешащий. Внуки выросли, им интересны свои гаджеты. Муж ум..р десять лет назад, и с тех пор тишина в квартире стала физической субстанцией — густой, пыльной, давящей. Её главным ритуалом был поход в магазин. Не в ближайший ларёк, где всё дорого, а за два квартала, в старый универсам, где по средам делали скидки пенсионерам. Она шла медленно, опираясь на палочку, экономя силы. Мир за окном был ей неинтересен — чужие лица, чужие машины, чучий гул жизни, к которой она не принадлежала. Однажды, возвращаясь в сумерках с тяжёлой авоськой