Татьяна Байдикова (Филиппова)

Колеса дорогого чемодана на прорезиненном ходу, созданные для зеркальных полов международных аэропортов, безнадежно увязли в жирной, чавкающей грязи. Анна дернула ручку, едва сдерживая злые слезы, и окончательно поняла: прежняя жизнь закончилась не в тот момент, когда судья стукнул молотком, и даже не тогда, когда бывший муж, этот лощеный столичный архитектор, с ледяной улыбкой делил их совместное дизайн-бюро, оставляя ей лишь крохи от того, что они строили десять лет. Прежняя жизнь закончилась здесь и сейчас, посреди осенней таежной распутицы, где модное пальто цвета «кэмел» выглядело нелепой тряпкой, а маникюр казался чем-то из другой галактики. Она бросила бесполезный чемодан прямо на дороге, подхватила только рюкзак с самым необходимым и зашагала к виднеющейся за поворотом деревне. Деревня, впрочем, была громким названием. Три жилых двора да десяток пустых, глядящих черными глазницами окон, домов. Среди них стоял и бабушкин сруб — крепкий, пятистенок, почерневший от времени и дож