— Да, я знаю, любовница, — помогла я голосу, разрезая куриную ножку.
— Как знаете? — снова растерялся голос.
— Какая вы нерешительная, любовница, — пожурила я её, мешая себе кетчунез.
— А что вы делаете? — совсем растерялась девушка на том конце трубки.
— Ножку ем.
— Чью?!
— Предыдущей любовницы.
Звонок оборвался сам.
Громко похрюкивая, я с удовольствием доела и ножку, и крылышко, всё вкусно запив смородиновым чаем.
В этот раз любовница выжидала меньше, как раз хватило времени последний глоток чая допить.
— Вы мне соврали, — обиженно заявила «трубка».
— И снова здравствуйте, любовница.
— А почему вы не плачете? — чуть подумав, продолжила «трубка».
— А почему я должна плакать?