Сталин никогда не был марксистом
У Сталина есть работа «Анархизм или социализм?», написанная им в возрасте 29 лет (1907 г.). После краткого введения в работу, начинается раздел, озаглавленный «Диалектический метод». За ним следуют еще два раздела: «Материалистическая теория» и «Пролетарский социализм».
Сам порядок следования разделов однозначно указывает на то, что высказывать мнения о Природе и обществе для Сталина имело смысл только после того, как внесена полная определённость в понимание тех методов познания и осмысления происходящего, на основе которых получены мнения о Природе и обществе. То есть уже этот, чисто формальный, показатель свидетельствует, что И. В. Сталин уже в молодые годы относился к марксизму как к методологической мировоззренческой системе, а не как к окончательной догме, не подлежащей переосмыслению.
В разделе «Диалектический метод» он об этом пишет прямо:
«Диалектика говорит, что в мире нет ничего вечного, в мире всё преходяще и изменчиво, изменяется природа, изменяется общество, меняются нравы и обычаи, меняются понятия о справедливости, меняется сама истина, — поэтому-то она и отрицает раз и навсегда установленную истину, следовательно, она отрицает и отвлеченные «догматические положения, которые остается только зазубрить, раз они открыты» (см. Ф. Энгельс, «Людвиг Фейербах»)», — И. В. Сталин, Сочинения, т. 1, с. 304.
Понятно, что если человек уже в юные годы освоил некую методологическую культуру, то далее на протяжении всей своей жизни он может в ней только совершенствоваться сам и совершенствовать саму методологическую культуру.
Но марксизм — не единственная философская система, в которой присутствует явно выраженная методология. И всем методологическим философским культурам, существующим в одном и том же Мире, не трудно понять друг друга и прийти к взаимно приемлемому пониманию меняющейся вместе с жизнью объективной истины в силу общности для них Объективной реальности, которую они познают и осмысляют. Но цитатно-догматическим философиям договориться о единообразии понимания одного и того же явления невозможно в принципе, вследствие несовпадения догм как таковых, а также и несовпадения терминологического и символьного аппарата, эти догмы выражающего.
И если говорить по существу, то, будучи носителем осознанной методологической философской культуры, Сталин не был марксистом уже в юные годы, поскольку заведомо ложные положения, введенные в марксизм его основоположниками, были для него всего лишь приближенным выражением объективной истины в данную историческую эпоху. Вследствие этого унаследованная от основоположников полнота и структурная целостность марксистской системы воззрений для него ничего не значила.
Кто, как и почему оценивает Сталина
Тем не менее, те, кто воспринял марксизм в качестве цитатно-догматической философии, включая и то его положение, что «марксизм — не догма, а руководство к действию», но не взрастил в себе дееспособной методологической культуры, воспринимают И. В. Сталина:
либо как выдающегося истинного марксиста,
либо как выдающегося извратителя марксизма,
в зависимости от того, как сами они понимают марксизм. И реально И. В. Сталин дал им основание к такому самообману. Но «того обманывать не надо, кто сам обманываться рад». Дело в том, что, будучи учащимся духовной семинарии, он прошёл хорошую школу цитатно-догматической философии. И навыками, обретенными в этой школе, он пользовался на протяжении всей жизни уже с юных лет, что хорошо видно и в тексте цитированной его работы «Социализм или анархизм?»
Поскольку Маркс, Энгельс, Каутский, Плеханов, Ленин, другие были авторитетами общемарксистской значимости или значимости в пределах возглавляемых ими течений марксизма, то они не могли объединиться именно вследствие цитатно-догматического характера их философии и её методологического оскопления. Сталин же был носителем объективно независимой от марксизма методологической культуры, кроме того, прошедшим и школу цитатно-догматической философии. Поэтому Сталин был способен как «подпирать» свое мнение мнением общепризнанных марксистских авторитетов, так и развенчивать эти авторитеты, обнажая несостоятельность их мнений перед своими читателями и слушателями.
Именно:
способность облечь свое мнение в форму мнения авторитета,
способность развенчать авторитета или претендента в авторитеты,
эти способности, обусловленные его методологической культурой и навыками цитатно-догматической философской школы, сделали его в глазах одних выдающимся продолжателем дела Маркса-Энгельса-Ленина, и в глазах других выдающимся извратителем дела Маркса-Энгельса-Ленина-Троцкого.
Комментарии 15