Домик Марио. Мифы, фэнтези, мистика

Предыдущая глава / Глава 13 / Начало Две недели в городе пролетели быстро. Я даже не замечал, как летят дни. Днём — занятия с Васяткой, вечером — с мамой. Мне нужно было срочно научиться писать и читать. Васятка учил меня Покону — закону мира ночи, к которому я теперь принадлежал. Вернее, принадлежал и раньше. В принципе, законы те же, что и в мире людей: не убивай просто так, не обманывай, не воруй, держи слово. За это время ещё три подружки бабы Нюры заказали зелье. Мама, принимая деньги в обмен на бутылку, радовалась, как ребёнок. Цену мы не назначали — по Покону помогать людям нужно. Кто сколько даст. И давали же, причём не копейки. Если вам когда-нибудь доведётся столкнуться с кем-то из мира ночи — гадалками, травницами, лекарями — знайте: если вам назвали фиксированную сумму, бегите от таких ведунов и ведуний. Ничего хорошего не выйдет. Это не по Покону. Такая помощь только во вред. Уже к концу первой недели я внёс свою первую запись в книгу. Неумелым, корявым почерком, но свою —

В отделе стояла полнейшая тишина. Оно и понятно — ночь. Все спят. А нечисть в этом доме не водится, Демьяныч строго за этим следит. Постоял в дверях кухни, решая: может, чай выпить, да отчёт написать? Нет, передумал. Спать пойду. С утра сяду отчёт писать. «Эх, неплохо бы секретаря завести», — пришла в голову мысль, когда я уже укладывался спать. И тут же задумался: ну, заведу я секретаря, а что он напишет про босоркань? То-то же. Так и сидеть самому писать. А написать-то надо. А ну как лет через сто-двести ещё один двоедушный, с другим менталитетом, приедет? И умрёт. А злая душа в виде странной нечисти в городке шалить начнёт. А ведьмаки того времени и знать не будут, как с ней бороться. Мне повезло, связал всю несвязанную информацию. А как не смогут наши потомки этого сделать? Вот то-то и оно. Писать надо. Уже засыпая, ухватился за краешек мысли, что пришла в голову, когда принимал душ. Да отогнал я её — уж очень хорошо было постоять под расслабляющими тёплыми струйками воды. Какая ми

Предыдущая глава / Глава 12 / Начало Валерия Мой дом! Вот он, мой дом! Я хожу по комнатам, в которых бегала в детстве. Дышу этим воздухом. Здесь были мама и папа. Я чувствую их присутствие. Пусть Минька их не видит, но они здесь, со мной. И мне снился не сон — это были действительно мои воспоминания. Только за спиной оказалась не веранда, как мне казалось, а стол в беседке, что стоит в конце огорода. Римма права: здесь надо жить только летом. Миньке надо учиться, а отсюда в город не наездишься. Но почему обязательно в город? Разве в деревне нет школы? Должна быть. Надо всё разузнать. Я не хочу отсюда уезжать. Сегодня, конечно, придётся собрать вещи и вернуться, но потом мы обязательно переедем. Нужно посоветоваться с Миней. Я заметила конверт, лежащий на комоде. Взяла его в руки. Красивым округлым почерком было написано: «Доченька, Валерия. Это тебе». Дрожащими руками я достала письмо. «Милая, ты уже совсем взрослая. Мне так жаль, что я не видела, как ты росла. Но такова жизнь. Прости

— А сейчас на кладбище. Босоркань силу наберёт и опять примчится к роддому. Она нашла, где можно безнаказанно души невинные выпивать. А на кладбище мне помощники не нужны. У меня там Погостник. Заехав в магазин и купив свежего фарша, я направился на поиски заграничной нечисти. Кто же всё-таки её притащил? — Давненько ты, ведьмак, не появлялся. Что, надобности не было? — заговорил со мной памятник, когда я наклонился к чьей-то могиле, чтобы положить фарш. Свой испуг я прятать не стал. Погостник любит пугать живых, пусть порадуется. Глава 16 / Начало Он и порадовался. Довольный рассмеялся, когда я шарахнулся от могилы, чуть не свалившись, зацепившись за оградку. Напугаешься тут! Представьте: на улице уже темно, хоть и не ночь ещё. На кладбище полная тишина, лишь кладбищенские собаки бесшумными тенями шныряют вдоль оградок, собирая то, что оставили на могилках люди за день. Где-то далеко ухает филин, наводя жуть. Ты спокойно, в тишине, наклоняешься над могилой, и вдруг в ухо: «Ну, привет,

Предыдущая глава / Глава 11 / Начало Мама вышла минут через пять. Она как-то неуловимо изменилась: лицо стало светлее, плечи немного расправились — будто груз, который несла много лет, наконец, скинула. — Я дома, — выдохнула мама. — Минь, там где-то имбирные пряники. Пойду с Вавилой Силычем поздороваюсь. Интересно, узнал он меня или нет? Достав из рюкзака пряники, мама вернулась в дом, а я продолжил расспрашивать Римму Александровну. — А дедов слуга… он где? — Так с ним же. Если бы Николай успел передать свою силу, тогда бы и заклятие не сработало. Уж очень намудрил Козьма. Чего уставился? — усмехнулась она. — В нашем мире ничего утаить невозможно. Если, конечно, не захотеть. А Козьма хотел, чтобы о заклятии знали все, кто ведает. Вот так вот. Подрастёшь — поймёшь. — Пойдём, чай пусть домовой ставит. Вы же сегодня назад, в город? — Наверное, — я пожал плечами. — Мы хотели только проверить. Не знали, наш это хутор или нет. — Ваш, ваш. Только вот что с вами делать? Ладно, пойдёмте в дом.

— Ну что? В отдел? — заводя машину, поинтересовалась Женька. — Надо бы и начальству по всей форме доложиться. Кстати, как он? — повернулась она ко мне. — Понятия не имею, — пожал я плечами. — С первого взгляда ничего так. О себе рассказывать не стал. Сказал, если интересно будет — сами узнаете. Даже адрес отдела дал, где служил последние двести лет. — Хм, — Женька задумалась. — Ладно, ты-то как? — Ой, Женька, — я махнул рукой. — Давай о себе я расскажу как-нибудь за пивком, в баньке. Мальчишки где? — поинтересовался я, переводя разговор на их семью. — С мамой, — вступил в разговор Васильчиков. — Взрослые уже. Того и гляди, Толик нас бабой с дедом сделает. — Васильчиков невесело усмехнулся. — Костик весь в учёбе и заработке. Им сейчас не до переезда. — Так что мы вольные птахи, — заключила Женька и тут же осеклась. — Нормально всё, Жень, — подбодрил я подругу. — Мой век длинный, надо привыкать провожать любимых. — Невесело отозвался я, даже не представляя, как к этому привыкнуть. Пока с

Что произошло на кладбище, я понял сразу, как только мы свернули с главной дороги. Двое хорошо накачанных парней. Один в форме лейтенанта ППС, второй в траурном костюме, который не скрывал его бицепсов, едва удерживали за руки женщину лет тридцати. Она отчаянно вырывалась, стараясь сделать больно державшим её парням, что-то выкрикивая. Напротив неё стояла и тоже что-то говорила женщина в чёрном платке на голове и чёрном платье. Чуть поодаль стоял небольшой автобус, возле которого столпились люди, наблюдая за этой безобразной сценой. Я не стал дожидаться, когда Женька припаркует машину, почти на ходу выскочил и подбежал к беснующейся женщине. — Ты вообще, как посмела прийти сюда?! Кто тебя звал?! Мало того, что нагло пришла проститься, так ещё и концерт здесь устроила! Бессовестная! — Это я-то бессовестная! — почти шипела задержанная. — На себя посмотри, ла...! — А ну! Не обзываться! — прикрикнул на неё полицейский. И, по-видимому, ослабил хватку, потому что женщина стукнула второго пар

Моя постоянная читательница захотела узнать, какой на самом деле слуга Миши. Она попросила меня описать его. Белка, первая кошка Мини, могла бы это сделать лучше. Вот каким она увидела Васятку. — Ох!.. Вернее, мяу! Да-да. Кошка я. И мне отроду три месяца. Несут меня… вернее, нас… выкидывать. Хозяйка с чего-то размечталась, что котят продаст. Ну, уж нет. Мамка-то у нас породистая, шотландка. Красивая. А вот папки… Как и положено у кошек, их много. Не один. Кошка-то знает: здоровое потомство бывает, только если котов много. А не один, как люди мечтают. Она от хозяйки то сбежала. И к котам сбегала, и котится, удрала. В сад. Под старую яблоню. Местечко там укромное. Я-то вообще не кошка. То есть тело — кошачье, а душа… Душа у меня старая. В прошлом теле семьсот пятьдесят лет прожила. Тельце дряхлое, под конец слушаться отказалось напрочь. Никакими наговорами да заговорами человеческое тело уже не поддержишь. А я ведь ведьма. И не из слабых. Была. Сердце вдруг биться перестало. Как раз росо

— В отдел… — кое-как вставая, просипел я. Рука ныла, дышать получалось через раз. Как же мне сейчас не хватало Женьки! Она бы села за руль, а я бы постарался прийти в себя. Но… Василиса водить автомобиль не умела. Поэтому придётся обходиться тем, что есть. Хорошо, что в городе не было машин. Время позднее, все спят. До отдела добрались без происшествий. Ещё во дворе больницы я думал, что сяду в архив искать, как уничтожить вторую душу двоедушного. Как это сделать на живом человеке — применяли и не раз. А вот как уже на покойнике… Да, многого я ещё не знаю. Глава 13 / Начало Но чем ближе я подъезжал к отделу, тем яснее понимал: удар, нанесённый басорканью, так просто не пройдёт. Рука ныла, не собираясь мне подчиняться. Дыхание не восстанавливалось. Представляю, с какой лёгкостью она пробила бы мою грудь, если бы я не успел подставить нож. В таком состоянии я с нечистью бороться просто не смогу. Варвара Ильинична, как же мне нужна сейчас твоя аптека! Я и попытался воспользоваться аптекой