КОРОЛЕВА- ШАНТЕКЛЕРА.

"Не заходите! - умолял женский голос. - Пожалуйста!" Заподозрив нехорошее, одна из фрейлин побежала прямо к королеве. Она прекрасно поняла, кто прячется в уборной и теперь хотела выслужиться. Эту гордую Анну следовало поставить на место! И желательно как можно скорее! Дядюшка Анны заслужил уважение Елизаветы Первой: услужливый, исполнительный, ловкий. Он вошел в Тайный совет королевы и с той поры его благосостояние постоянно росло: сэр Томас Книвет имел доступ к самой важной информации о делах, происходящих в королевстве. Разумеется, сэр Томас сразу же начал помогать своей родне - проталкивал ко Двору детей и племянников, обеспечил выгодное замужество для сестры своей супруги. И Анну, дочь своей сестры, он тоже не забыл. Она родилась веселым майским днем 1560 года в Колманторпе, что в графстве Йоркшир. Подрастая в поместье отца, Анна мечтала о блестящем будущем - конечно, однажды ее пригласят в Лондон! Пусть она не слишком сообразительна, зато красива. Намного красивее своих младших с

В феврале 1875 года великий князь Владимир Александрович (третий сын Александра II) женился на старшей дочери великого герцога Фридриха Франца II внучатой племяннице первого кайзера объединённой Германии Вильгельма I. Урождённая Мария Александрина Элизабета Элеонора Мекленбург-Шверинская — герцогиня Мекленбург-Шверинская, после замужества стала именоваться великой русской княгиней Марией Павловной (1854—1920). Мария не захотела переходить в православие, и царь дозволил Владимиру жениться на лютеранке. Однако при дворе она оказалась на вторых ролях, поскольку первенство принадлежало жене цесаревича Александра – Марии Фёдоровне. Между двумя «великими русскими княгинями» возникло не просто соперничество, а ненависть, впоследствии переросшая в предательство и организацию переворота. Мария Фёдоровна (1847 - 1928), в девичестве Мария София Фредерика Дагмар, дочь Кристиана IX, короля Дании, в 1866 году вышла замуж за наследника российского престола Александра Александровича, приняла православ

Она умерла в восемьдесят с лишним лет. Одна. Без гроша. В наёмном доме, за который годами не платили аренду. Хозяева приходили и требовали своё — а у неё не было ничего. Совсем ничего. Когда-то она была Хасеки самого могущественного падишаха в истории Османской империи. Когда-то она была матерью наследника, которого вся империя видела будущим султаном. Когда-то она была единственной женщиной в сердце Сулеймана Великолепного. До поры. Потом пришла другая женщина. И мир Махидевран рухнул — медленно, мучительно, по кусочку. Сначала она потеряла место рядом с Сулейманом. Потом — положение при дворе. Потом — свободу. Потом — самое дорогое, что у неё было. Сына. Его задушили по приказу собственного отца. А она кричала — и весь город слышал эти крики. И никто не мог ей помочь. После этого она прожила ещё почти тридцать лет. Тридцать лет в нищете, в изгнании, в тишине. С одной только мыслью: построить тюрбе для сына и однажды лечь рядом с ним. Это история не о победе. Это история о том, как че

Ах, эти огненные глаза джигита! Разве могла она устоять! Великой княжне было двадцать, ее избраннику - двадцать два. Пылкий эриванец Дмитрий Шах-Багов стал последней любовью Ольги Николаевны, старшей дочери императора. На работу в госпиталь старшие сестры Романовы бежали как на праздник. Необыкновенное чувство - приносить пользу людям! Они влетали в палату - и измученные лица офицеров преображались. Раненым становилось легче от одного взгляда на нежные девичьи лица. Сколько заботы и сострадания было в этих ясных глазах, как старались девочки помочь пациентам - душевным разговором, вовремя взбитой подушкой, милыми пустяками вроде собственноручных вышитых платков. На операциях великие княжны держались спокойно, четко исполняли указания врачей. «Иногда, по вечерам, все собирались к роялю, стоявшему в передней комнате, играли и пели, - вспоминал пациент царского госпиталя, генерал-майор Иван Тимофеевич Беляев. - Княжнам больше всего нравилось: «Это девушки все обожают, от принцесс до крест

Вообразите себе такую картину. 1905 год. Кронштадт, морская столица Российской империи. Торжественный обед на борту царской яхты «Штандарт». Атмосфера напряженная - Россия проигрывает в Японской войне, обломки русских кораблей печально бьются о берега Цусимы, в самом Кронштадте то и дело бунтуют моряки. Император мрачно смотрит на адмиралов. За столом - тишина, как на похоронах. Очередная трагедия, не первая и не последняя, в списке ошибок Николая II. Вдруг самый важный адмирал вскрикивает: «Ой!». Тут же подпрыгивает его сосед, за ним - следующий сановник, весь в орденах, выливает на себя суп. Гости вскакивают со своих мест. Поднимается суматоха. «Там под столом собачка, что ли? - раздается со всех сторон. - Кто это кусается?» «Это, господа, не собачка, а моя дочь», - кряхтит царь и лезет под стол. Спустя несколько минут, после шумной погони на четвереньках, из-под стола извлечена четырехлетняя Анастасия - растрепанная, раскрасневшаяся и страшно довольная собой. Отец отправляет ее обра

Представьте себе государство, которое находится на грани полного уничтожения. Элита предала страну, столица занята врагом, а законный наследник престола прячется в провинции, не имея ни денег, ни армии, ни даже уверенности в своем праве на власть. Именно в таком положении находилась Франция в начале 1429 года. Но одно событие — коронация 17 июля 1429 года — перевернуло ход истории, сломало хребет англичанам и спасло великую династию Валуа от исторического забвения. Для мужчин, интересующихся геополитикой и историей, ситуация во Франции XV века — это классический пример идеального государственного кризиса. Отец нашего героя, король Карл VI Безумный (тот самый, который думал, что сделан из стекла и может разбиться), оставил страну в руинах. По договору в Труа законный наследник, дофин Карл, был лишен прав на престол. Королем Франции должен был стать английский монарх. Казалось, династии Валуа, правившей с 1328 года, пришел конец. Дофин Карл заперся в замке Шинон. В народе его насмешливо

Об этом романе 35-летнего императора Николая I судачил весь петербургский свет. Для многих императоров была характерна любвеобильность. Несмотря на наличие жён, они не стесняясь заводили любовниц. Порой это были постоянные спутницы жизни, порой временные. Назвать заведение Николаем I очередной интрижки шокирующей новостью было бы нельзя, если бы не один факт: его избраннице ещё не исполнилось и 16 лет. Ольга Булгакова и Николай I Девушку звали Ольгой Александровной Булгаковой. Она была дочерью дипломата Александра Яковлевича Булгакова. Об этом человеке, ставшем после того, как его дочь привлекла императорское внимание, московским почт-директором, довольно пренебрежительно отзывался в письмах к жене Александр Сергеевич Пушкин. С его слов, Булгаков не чурался «ни распечатывать чужих писем, ни торговать собственными дочерьми». Булгаков и сам не удержался от оскорбления в адрес поэта. После знакомства с ним Александр Яковлевич написал брату: «Я познакомился с поэтом Пушкиным. Рожа ничего н

Василий Шуйский в ряде отношений был, что называется, первопроходцем. Это был первый и единственный царь из знатного княжеского рода Шуйских. Это был первый и единственный царь, который попал в плен. И это был первый и единственный царь, который умер в плену. К кому же Шуйский попал в плен, и как вообще там оказался? Об этом мы поговорим с вами сегодня. Воцарение Василия Шуйского Точная дата рождения Василия Ивановича Шуйского неизвестна, но историки предполагают, что он появился на свет примерно в 1552-м году. Его родителями были Анна Фёдоровна, о жизни которой практически ничего в источниках не говорится, и князь Иван Шуйский, воевода и первый боярин в Опричной думе при Иване Грозном, погибший в 1573-м году в ходе Ливонской войны. Как отец, как также и его братья, Василий Шуйский был воеводой. Хотя значимую роль в годы правления Ивана Грозного он не играл, в 1584-м году во время царствования сына Ивана Грозного Фёдора Ивановича (фактическим правителем являлся Борис Годунов, шурин цар

Имя «Королева Марго» облетело весь мир — исключительно благодаря Дюма. Но женщина за этим именем была сложнее, острее и трагичнее любого романа. Маргарита де Валуа пережила трёх братьев-королей, один политический брак и целую эпоху. И при этом успела написать собственную историю — раньше, чем кто-то написал её за неё. Седьмой ребёнок в королевской семье звучит почти незаметно. Маргарита с детства

Павел Петрович настолько доверял своему брадобрею Ивану Кутайсову, что не только подставлял ему свою шею, но и приблизил к себе. Ловкий и хитрый, тот изучил слабости великого князя и даже стал его поверенным в делах, одновременно принимая участие в дворцовых интригах. Его даже называли «тенью императора». Турецкий брадобрей В 1770 году русские войска в результате штурма отбили у турок крепость Бендеры. В числе пленных оказался десятилетний мальчик. Генерал Н.В. Репнин за большие деньги выкупил турчонка и отправил его в Петербург, в подарок императрице Екатерине II. Мальчика звали Кутай. По другой версии, мальчик был родом из города Кутаиси, откуда его увезли турки. В таком случае, он, возможно, был и не турок, а грузин. В России мальчика крестили и нарекли русским именем Иван, а фамилию ему дали Кутайсов. Екатерина передарила мальчика сыну, цесаревичу Павлу Петровичу. Так турецкий мальчик оказался при дворе наследника престола. Когда Иван подрос, его отправили в Берлин и Париж, там он