Стелла Кьярри

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Я не хочу с тобой оставаться в одном доме! — заявила жена, после переезда друга мужа Никита и Кирилл дружили со старшей школы. И несмотря на то, что времени с тех пор прошло немало, они все равно держались рядом. Молодые люди были почти как братья. У них были совместные приключения и путешествия. Они были рядом в тяжелые минуты друг друга. Вытягивали друг друга из сложных ситуаций. Когда Кирилл женился, Никита был у него свидетелем на свадьбе. С Ирой, будущей женой Кирилла, он сразу нашел общий язык. Она ему понравилась. Девушка была немного тихая, но с отличным чувством юмора. Никита был искренне рад за друга, что тот нашел свою родственную душу. Они продолжили общаться уже втроем. И казалось ничего не могло изменить их отношение друг к другу. В тот вечер Кирилл уже собирался ложиться спать. Ира убрала со стола и гладила себе вещи на завтра. Телефон зазвонил совершенно неожиданно. — Алло. Никита?! Голос у Никиты был странный. Он бесконечно откашливался и был напуган. — Кирюх, у меня пожар был. — В смысле пожар? Ты где сейчас? — Да вот в больничке пока. Меня сейчас смотрят врачи. Квартиры моей больше нет. Кроме ванной все почти и сгорело. Он замолчал, будто не знал, что еще можно сказать. Кирилл тоже замолчал на пару секунд, переваривая услышанное. — Ты-то цел? — спросил он наконец. — Да. Мелкие ожоги только. Кирилл поставил телефон на удержание и посмотрел на Иру. Она по его лицу поняла, что произошло что-то серьезное. — Что случилось? — тихо спросила она. — У Никиты пожар. Квартире конец. Ира сразу же отреагировала. — Скажи, пусть к нам едет! Кирилл снова поднес телефон к уху и продолжил разговор. — Кит, собирайся и приезжай к нам! Живи у нас сколько будет надо! Никита снова откашлялся. — Ты уверен? — Конечно. Даже не обсуждается! Утром Никита уже стоял в их прихожей. В куртке, с рюкзаком и пакетом. Он отшутился: — Все что есть! Остальное погибло в пожаре! — Проходи… — сказала Ира. — Сейчас чай поставлю. Кирилл обнял друга. — Спасибо вам… Спасибо, что решили помочь! — едва не прослезился Никита. — Ну а как иначе?! Погорелец, блин! Они сидели на кухне, а Никита рассказывал, как загорелась проводка, как он пытался все потушить, но не вышло, как он схватил рабочий компьютер и свои документы, а потом стоял внизу, ждал пожарных, глядя как сгорает его квартира. Ира тяжело вздыхала. Ей было очень жалко друга мужа. *** Первое время все шло неплохо. Никита спал в гостиной на диване. Старался не мешать хозяевам. Хоть он и вставал рано, но старался не шуметь. Если Кирилл задерживался на работе, Никита мог вынести мусор, сходить в магазин, что-нибудь подкрутить по мелочи. Почти каждый вечер он приносил что-то вкусное — пирог, пиццу, пакет с фруктами. — Я хоть так отплачу за вашу доброту! Кирилл и Ира всегда отшучивались. Им было неудобно. Они прекрасно понимали, что Никиту впереди ждет ремонт почти с нуля, и им было странно, что он тратит на них деньги. — Никит, ты бросай! Ты меня так раскормил, что Ирке пришлось мне брюки немного расширять. И вроде бы все было по-дружески. Но через какое-то время Кирилл поймал себя на странном чувстве. Он долго не мог понять, что именно его цепляет. Никита не делал ничего плохого. Он не хамил, не лез не в свои дела, не нарушал границ. И все же Кирилл стал чувствовать раздражение. К примеру, в один из дней он вернулся домой и увидел, как на кухне Ира и Никита стояли у плиты. — Мы тут пасту решили сделать…— с улыбкой сказала жена. — Ты будешь? — Буду… — отвечал Кирилл, а сам думал, почему они тут вдвоем. Иногда он заходил в комнату и слышал смех. Ира сидела за столом, Никита напротив, они болтали обо всякой ерунде и искренне смеялись. Когда Кирилл появлялся, разговор будто обрывался. При нем они начинали вести себя сдержаннее. Через неделю Кирилл заметил еще одну вещь. Никита все чаще подвозил Иру с работы. — Мне все равно по пути! — объяснял он. — Чего ей в метро толкаться? — Ну да, логично… — сказал тогда Кирилл, хотя внутри его что-то неприятно кольнуло. Он сам не понимал, почему его это задевает. Никита был его лучший друг. Но он начинал ревновать жену. Он все чаще ловил себя на том, что он пристально смотрит на то, как Ира и Никита говорят. Он все выискивал знаки, что они что-то за его спиной делают. Ему становилось тошно от самого себя, но убежать от подозрений он не мог. *** Через несколько дней Кирилл понял, что дальше тянуть нельзя. Он позвонил Никите в середине рабочего дня. — Слушай, давай кофе выпьем? — спросил он друга. — Рядом с твоим офисом есть классное местечко. Они встретились в обеденный перерыв. Народу было немного. Кирилл специально выбрал места за стойкой, чтобы не сидеть друг напротив друга. Никита заказал черный крепкий кофе, без сахара. Кирилл — с молоком. Они молчали, пока бариста не ушел. — Никит… — начал Кирилл, глядя в чашку. — Я хотел с тобой поговорить. Кирилл не совсем понимал, как ему вывалить все на лучшего друга. — Ты понимаешь, что ты мне как брат. Но… — он замялся, подбирая слова. — Наверное, тебе уже пора думать, куда двигать дальше. Никита кивнул. — Понимаю…— сказал он. — Я видел, что ты последние дни очень напряжен. Кирилл удивился, но эта ремарка друга позволила ему расслабиться, и он продолжил. — Мне сложно. — продолжил он. — Это мой дом. Моя семья. Но последнее время я испытываю странные эмоции. Будто, Ира и ты слишком уж сближаетесь. Ты не обижайся, брат. Никита сделал глоток кофе. — Я не обижаюсь… — сказал он. — Серьезно. Я все понимаю. Вы и так сделали для меня больше, чем должны были. Кириллу стало легче, но все равно оставалось неприятное чувство. — Мне нужен день. — добавил Никита. — Найду вариант и съеду. Не хочу вас стеснять. — Спасибо, что понял. Они еще немного посидели, поговорили о каких-то нейтральных вещах. Когда расходились, пожали друг другу руки. Все выглядело спокойно и по-взрослому. Кирилл в тот день вернулся домой с ощущением, что поступил правильно. Никита и вида не подал, что не сам решил уехать. Он даже за столом как бы официально сообщил эту новость и Ире, и Кириллу. *** Никита действительно уехал на следующий день. На прощание он обнял и Иру, и Кирилла. — Спасибо вам еще раз! — Давай! — кивнул Кирилл. — Удачи! Потом была суета сборов на работу и Кирилл так и не поговорил с женой. Но вечером, за ужином, Ира вдруг спросила: — А куда Никита уехал? Кирилл пожал плечами. — Не знаю. Нашел какой-то вариант. Ира внимательно посмотрела на мужа. Она всегда чувствовала, когда муж не договаривал правду. — Странно как-то. Почему он так резко съехал от нас? Кирилл почувствовал, как внутри все сжалось. Он не хотел признаваться. И он выбрал другое. Решил перейти в нападение. — Ир, а ты что, расстроилась? Она не сразу поняла, к чему он клонит. — В смысле? — Ну не хватает его, что ли? Ира замерла. — Ты сейчас серьезно? — тихо спросила она. — А что? Вы в последнее время слишком уж близко общались. Ира смотрела на Кирилла так, будто он сошел с ума. — Это же твой друг, Кир. И тут его словно прорвало. — А мне кажется, что он мне уже не друг! — резко сказал он. — Слишком уж близко с моей женой начал общаться. — Что ты несешь?! — Ира вскочила. — Ты вообще слышишь себя? — Тогда докажи! — выпалил он. — Докажи, что между вами ничего нет! — Ты в своем уме?! — голос у нее дрожал. — Я тебе вообще ничего доказывать не буду! Она подошла ближе и влепила ему пощечину. — Ты совсем с катушек слетел! Я не хочу с тобой в одном доме оставаться! — сказала Ира. — Я поеду к маме. Кирилл не спал всю ночь. Пытался понять, как все это случилось. Когда он успел начать подозревать, злиться, говорить такие вещи? И самое мерзкое было даже не это. Самое мерзкое было в том, что единственный человек, с кем он мог бы сейчас поговорить честно, тоже вероятно на него обижен. Утром Кирилл все же набрал номер Никиты. — Привет… — сказал он хрипло. — Можем поговорить? Он рассказал другу все. Никита выслушал все. Он ни разу не перебил Кирилла. — Кирилл… — сказал он наконец. — Это, конечно, бред. Я бы никогда не полез к твоей жене. Ты же это понимаешь? — Понимаю. Сейчас понимаю… — Всякое, конечно, у людей бывает. Но не с нами. Кирилл был благодарен Никите за понимание. — И как все исправить? — Разберемся! Через несколько дней Кирилл и Ира помирились. Никита тоже приложил к этому определенные усилия. Их дружба пережила это. Через год женился и Никита. Они продолжили дружить семьями. И только изредка, но уже с юмором вспоминали про то, как Кирилл приревновал жену к другу.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

– Какие у тебя увлечения? Только и делаешь, что в телефоне сидишь! – возмутилась бабушка Тамара терпеть не могла ездить к бабушке и дедушке. В её представлении это было самым скучным занятием: всегда одно и то же. Деревенский дом, телевизор, орущий с утра до вечера про какие‑то «важные события в регионе», и бесконечное: «Тамарочка, помоги с тестом для пирога», «Прибери в комнате», «Посмотри, как правильно картошку чистить — учись!» А девочке-подростку хотелось совсем другого. Дома она листала ленту соцсетей, смотрела молодёжные сериалы, делала селфи в разных фильтрах, экспериментировала с нейросетями — генерировала картинки по своим описаниям, просила искусственный интеллект написать стихи в момент первой влюбленности. В школе они с подружками обсуждали новые тренды: кто какую аватарку сделал, какие стикеры в мессенджерах самые крутые, какие нейросети лучше рисуют аниме и какие мальчишки зануды... Совсем не любят поэзию и романтику. И тут... Длинные школьные каникулы, которые она рассчитывала провести с родителями и друзьями. Дома. Вот только у папы на работе внезапно произошла авария, и его вызвали на дежурство. Мама у Тамары была доктором, и ей тоже пришлось выйти на смену, как назло! — Доченька, собирай вещи, поедешь к бабушке с дедом на пару дней. — Слова мамы прозвучали как гром среди ясного неба. — А как же каток? Мы же договорились! — Успеется. Мне завтра на работу, папа тоже работает. Одной тебе дома сидеть не надо, мало ли чего? А у бабушки свежий воздух, пирожки... Эх... И почему мне не 12 лет? — Мама вздохнула так тяжко, что Тамара даже хотела покрутить пальцем у виска, мол, мама совсем ку-ку. Вот если бы Тамаре было не 12 лет, то ей уж точно бы не пришлось ехать в эту... Глухомань! Тем не менее Тамаре пришлось собрать вещи, и уже через четыре часа она топтала снег перед калиткой бабушкиного дома. Она надеялась, что просто уйдет в свою комнату и будет смотреть забавные видео на телефоне, но прошмыгнуть незамеченной не удалось. — Тамара! Внученька! Заходи, у меня обед готов, — бабушка заметила девочку из окна кухни и поманила в дом. — Ну вот, опять новости! — вздохнула Тамара, едва переступив порог. На экране кухонного телевизора, который помнил времена, когда Тамары и в помине не было, мелькали заголовки: «Развитие цифровой инфраструктуры в регионах», «Новые сервисы для жителей малых городов», «Искусственный интеллект в образовании». Покормив внучку обедом, бабушка, уютно устроившись в кресле, комментировала: — Смотри, Тамарочка, опять про технологии говорят. Всё меняется, а мы и не замечаем. Тамара плюхнулась на диван, достала телефон. Интернет, как всегда, еле тянул — в этом районе сеть ловила через раз. Она попыталась загрузить любимый сериал, но видео зависло на первой же минуте. — Опять не работает! — расстроилась девочка. — А ты отложи свой гаджет, — мягко предложила бабушка. — Давай лучше пирог к ужину сделаем. Я как раз тесто замесила. Помоги-ка мне с вишней. Надо косточки вынуть. Тамара вздохнула. Опять эти пироги… Опять эти косточки. Да лучше б всю вишню птицы слопали летом! Вечером с работы вернулся дед и организовал «поход» на лыжах. Тамара ненавидела лыжи. Но это лучше, чем чистить снег во дворе дома. — Я спать. Сделайте телевизор потише! — буркнула она, вернувшись домой и снова отметив, что бабушке никак не надоедают новости по телевизору. «Она, наверное, могла быть обозревателем», — хмыкнула Тамара и потоптала в свою комнату, чтобы надеть наушники и наконец-то уснуть. — «Надо продержаться еще денек, а вечером мама обещала забрать меня». День прошел в домашних хлопотах, бабушка учила, как правильно гладить рубашки. — Ну к чему мне это? — недовольно надулась Тамара. — Тебе все ни к чему! Вот скажи, какие у тебя увлечения? Только и делаешь, что в телефоне сидишь! — Да у вас тут даже в телефоне не посидеть! Интернет отсутствует! Я как на каторге! — огрызнулась Тамара. Бабушка лишь покачала головой, отметив, что у внучки наступил переходный возраст. Когда Тамара наконец-то отделалась от бабушкиных «хозяйственных» поручений, позвонила мама. — Доченька, на дороге сильный снегопад, я сегодня не приеду. Ты у бабушки с дедом еще денечек побудь, а завтра тебя папа заберет. — А если завтра тоже будет снегопад? Мне что, до весны тут торчать? — Ну почему до весны? Тебе в школу надо ходить. Так что завтра папа приедет. У него машина более надежная, чем у меня, так что не переживай. Домой вернешься в лучшем виде. Учитывая, что Тамара уже мысленно считала часы до приезда мамы, которая должна была забрать её вечером, эта новость очень расстроила девочку. Тамара без энтузиазма уселась за стол, чтобы съесть домашний йогурт, когда в новостях, которые 24 на 7 слушала бабушка, начался сюжет, к которому она невольно прислушалась: «В российских школах запускают проект по внедрению искусственного интеллекта в учебный процесс. Для педагогов в системе «Госпромпт» предусмотрен отдельный набор типовых решений — это десять наиболее востребованных шаблонов, адаптированных под повседневные задачи школы. Они помогают быстро подготовить характеристику на обучающегося, разработать сценарий классного часа или родительского собрания, составить календарно-тематический план воспитательной деятельности, а также создать проверочные материалы и учебное расписание. Первые апробации прошли в нескольких регионах, среди которых Татарстан, и уже есть первые положительные результаты: дети быстрее усваивают материал, а учителя экономят время на рутинных задачах». — Искусственный интеллект? В школе? — переспросила Тамара, поворачивая голову в сторону телевизора. — Я думала, что он используется только в моих приложениях для телефона… Бабушка удивлённо посмотрела на неё: — Ты что, разбираешься в этом? — Конечно! — оживилась Тамара. — Я в телефоне кучу нейросетей пробовала: одна рисует картинки, другая пишет тексты, третья даже музыку сочиняет! — Ого! Как интересно. Покажи, что там у тебя за нейросети… Тамара показала бабуле свои эксперименты, а диктор тем временем рассказал о том, как искусственный интеллект развивается в разных направлениях жизни. «В Прикамье завершили масштабное расширение мобильной сети: доступ к интернету получили жители 99 населённых пунктов. Благодаря этому около 20 000 человек в отдалённых районах теперь могут пользоваться стабильной и качественной сотовой связью», — вещали с экрана. — Может, и до нас дойдут… — пробормотала бабушка, глядя на внучку. — Будет тебе интернет для твоих «нейросетей». Я, кстати, недавно читала, что этот интеллект искусственный, уже и за врачей скоро будет работать. — Ну уж прям работать за них он не будет, — рассмеялся дедушка. — Ничего тут смешного нет, в Новосибирской области уже скоро будут внедрять «Цифрового помощника врача «Доктор Пирогов», — прочитала бабушка заголовок в газете. — А я знаю эту разработку. У нас в институте про нее говорят, — кивнул дедушка. — Это новые разработки ИИ НГУ. Будет врачам помощь от искусственного интеллекта.© Стелла Кьярри — Значит, он еще и в других сферах жизни применяется… — пробормотала Тамара. Она даже подумать не могла, что в исследовательских институтах активно внедряют и разрабатывают программы не только для развлечений, но и для жизни и здоровья людей. — Еще как применяется! Вон, гляди! — дед указал на телевизор, где продолжались региональные новости. — Сибирские разработчики представили инновационную нейросеть, способную выявлять дефекты металлических поверхностей. Система анализирует снимки, сделанные обычной фотокамерой, и автоматически обнаруживает различные повреждения: трещины, вмятины и участки коррозии на стальных конструкциях. — Ого… — округлила глаза Тамара. — Вот тебе и ого! Наука! А ты говоришь — новости скучные! Тамара промолчала, не зная, что сказать. Скучный вечер и ожидание мамы превратился в интересный разговор с бабушкой и дедом. Оказывается, они не такие уж «древние», как она могла предположить. Дедушка у Тамары все еще иногда читал лекции в исследовательском институте, хотя уже поговаривал о пенсии. — Я, если честно, даже не думала, что все так серьезно… Мне искусственный интеллект нравится, я с ним иногда советуюсь… Даже по урокам, — наконец, призналась Тамара. — Так ты, значит, в теме? А знаешь, что у нас в исследовательском институте как раз открыли курсы для школьников? Там вроде как обучают основам работы с ИИ. Хочешь попробовать? — Серьёзно?! А что там делают? Дедушка улыбнулся: — Ну, например, учат создавать простых чат‑ботов, работать с данными, понимать, как ИИ принимает решения. Это же не просто магия — за всем стоят алгоритмы, математика, логика. — Я математику не очень люблю, но учитель меня хвалит… — ответила Тамара. — В деда пошла, внучка,— улыбнулась бабушка. — Ой, булочки с корицей! Я и забыла! А вот Тамара забыла про скуку. Она вытаскивала из галереи свои эксперименты с нейросетями: вот кошка в стиле Ван Гога, вот фантастический город, который она описала в трёх предложениях, вот стих про космос, написанный ИИ. — Вот это да! — восхищалась бабушка, вынимая из духовки румяные булки и поглядывая на картинки, сделанные внучкой совместно с ИИ. — А я и не знала, что ты такое умеешь. — А ещё я хочу сама научиться делать такие программы! — призналась Тамара. — Но думала, это только для взрослых доступно. — Ничего подобного, — сказал дедушка. — Сейчас как раз время, когда технологии становятся доступнее. В школах уже вводят уроки по программированию, а в вузах есть целые направления по ИИ. В общем, я договорюсь. Они долго обсуждали, как ИИ меняет мир: помогает врачам ставить диагнозы; создаёт новые материалы в промышленности; даже участвует в искусстве — пишет картины, сочиняет музыку; а в образовании делает учёбу интереснее и удобнее. — Знаешь, я тоже хочу разобраться. Покажи мне, как ты эти картинки делаешь. А то всё новости смотрю, а сама в технологиях — как в лесу. Тамара засмеялась и открыла приложение. Она объясняла, как составлять запросы, выбирать стили, редактировать результаты. Бабушка внимательно слушала, пробовала сама, удивлялась, когда получалось что‑то красивое. Когда за окном уже совсем стемнело, а булочки с корицей были съедены, Тамара вдруг поняла, что не хочет уезжать. — Дедуль, а можно я на твои курсы запишусь? — спросила она. — Конечно, — кивнул он. — Завтра же позвоню координатору. А бабушка добавила: — А пенсионеров берут? А то я все в телевизоре, да в хозяйстве… Тамара улыбнулась и подумала: «Оказывается, бабушки с дедушками могут быть интересными. И новости — тоже». Теперь она не считала часы до отъезда, болтая с бабушкой и дедом обо всем на свете и строя планы на будущее.

— Я глава семейства, и мне решать! — заявил муж. Знакомство Николая и Елены состоялось в самом неожиданном месте: в больничной очереди. Опаздывая на работу, женщина умоляла других пациентов уступить ей своё место, но все отказывались. Лишь один Коля посочувствовал ей. — Девушка, идите вместо меня, я всё равно никуда не тороплюсь! — крикнул он Лене. — Спасибо! Спасибо вам большое! Выйдя от врача, Лена протянула Николаю свою рабочую визитку: — Возьмите, если у вас возникнут юридические вопросы, я вас бесплатно проконсультирую. Добро всегда должно вознаграждаться. Коля был удивлён такой благодарности незнакомки. Юридических вопросов у него не было, но он всё же набрался смелости и позвонил ей. Так влюбленные и стали встречаться. За плечами у каждого из них уже был неудачный брак, но теперь они смотрели в будущее с надеждой и оптимизмом. Лена искренне считала, что тот поступок Николая в больнице многое говорил о его характере. Её прежний муж был вечно злым, скандальным и никогда в жизни никого не пропускал вперёд. А Коля был другим — по крайней мере, так показалось Лене. Через полгода после знакомства мужчина неожиданно предложил возлюбленной съехаться. — Переезжай ко мне! Мы что, подростки, чтобы на свидания каждый день бегать? Пора переходить на более серьёзную стадию отношений. Лена думала около недели. Ей и самой не нравилось ездить на свидания после работы. В один из дней она собрала вещи и переехала в квартиру ухажёра. В тот момент женщина даже не подозревала, к чему это приведет. Первое время между влюблёнными было всё идеально. Они не просто сожительствовали, а считали себя супругами. Коля работал в торговой компании, а Лена — в юридической фирме. Мужчина и женщина вместе строили быт, отдыхали и даже познакомили друг друга с родственниками. Но спустя несколько месяцев Елена стала замечать, что Николай пытается ограничивать её свободу. Сначала он как бы невзначай не пускал её на встречи с подругами, говоря, что лучше бы это время они провели вместе. — Леночка, ты же умная женщина. Зачем тебе эти бабьи сплетни? Давай лучше закажем пиццу, сядем перед телевизором и посмотрим романтическую комедию? — Коленька, этим мы занимаемся чуть ли не каждый вечер! — хохотала в ответ Елена, но потом и вправду передумывала встречаться с подругами. Приучив любимую к домоседству, Коля стал действовать более решительно. Следующей его целью стали родственники Елены. — Зачем тебе ехать к сестре? Можно же и по телефону поговорить, — недовольно спрашивал он, когда возлюбленная собиралась ехать в гости. — Коля, ты же знаешь, что семья для меня — это святое. Я не могу не видеться с родными, — твёрдо отвечала она. Но мужчина не унимался. Он находил всё новые причины, чтобы отговорить любимую от встреч с близкими. — Что-то я плохо себя чувствую, давай не поедем к твоим родителям? — говорил он. Сначала Лена верила Николаю. Без него ей не хотелось ездить в гости. Но потом она поняла, что Коля хитрил и выдумывал причины, лишь бы самому никуда не ехать и при этом её не отпускать.Стелла Кьярри Когда женщина осознала это, она стала ездить к родственникам одна. Но такое поведение сильно раздражало Колю. Однажды он не выдержал и вспыхнул: — Ты постоянно куда-то уходишь! Мы муж и жена или соседи?! Неужели я тебе настолько неинтересен?! — Почему ты принимаешь всё на свой счёт? У меня есть родственники, и я хочу с ними встречаться. Не надо пытаться отрезать меня от всего, что мне дорого! Это ненормально, Коля! После этой ссоры Николай снова стал ласковым и внимательным. Он дарил возлюбленной цветы, говорил нежные слова и обещал измениться. Елена, растроганная таким поведением, верила мужчине и надеялась, что у них всё наладится. Но потом всё повторялось. Со временем Коля не просто стал пытаться контролировать все передвижения Лены. Его контроль распространился на каждый аспект жизни женщины. Сначала Николай стал мягко намекать Елене, что не стоит носить «вызывающую» одежду. Короткие юбки, прозрачные блузки, откровенные платья — всё это, по мнению Коли, носили только легкомысленные особы. — Ты что, собралась на свидание? — ехидно спрашивал мужчина при виде возлюбленной в умерено облегающем платье. — Это моя рабочая одежда. Это же классика! — оправдывалась Лена, сама того не осознавая. Несмотря на возмущения мужчины, она всё равно поступала по-своему. Коле не нравился упрямый нрав женщины, и вскоре он перешёл к более радикальным мерам. Мужчина стал прятать вещи сожительницы. — Ты не видел мою белую блузку? Она лежала на стуле. Я её вчера специально погладила, чтобы надеть на работу, — спрашивала Лена. — Это та, через которую бельё было видно? Нет, не видел. Может, ей стыдно стало, и она сбежала? — ухмыляясь, отвечал Коля. Лена находила свои наряды в самых неожиданных местах: завёрнутыми в пакеты на верхней полке шкафа, спрятанными в глубине гардероба. А однажды она даже обнаружила свои чулки в мусорном ведре. — Я ничего не трогал! Это не я! Наверное, ты их сама выбросила и не помнишь, — отнекивался Коля. Елена прекрасно понимала, что Николай врёт. Но к тому моменту она уже настолько привыкла жить с ним, что решила: ничего страшного в таком контроле нет. Так продолжалось до тех пор, пока однажды Лена не сходила в парикмахерскую… — Коля, я дома! Ты где? — вернувшись домой, женщина планировала принять душ, поужинать, приготовить что-нибудь на завтра, просмотреть документы и лечь спать. Но все её планы рухнули, когда Николай вышел из гостиной. Увидев Лену, Коля замер в недоумении. — Это что такое?! — крикнул он, глядя прямо на женщину. — Где? Что? — удивилась Лена и от страха даже стала осматривать себя. — На голове! Что это такое?! — А, ты об этом? Фух! Ты меня напугал! Это моя новая причёска. Как тебе? Давно мечтала о каре с чёлкой. Надоели длинные волосы, столько ухода они требуют… — Ты в своём уме?! Что ты наделала?! Иди и сделай всё как было! — Коля аж вспотел и покраснел от злости. — Что вернуть? Волосы? — усмехнувшись, удивлённо спросила женщина. — Да, волосы! Я не разрешал тебе делать такую убогую причёску! Почему ты со мной не посоветовалась, прежде чем кардинально менять свой образ?! — Эм… Может, потому, что это мои волосы и мой образ? Я же не говорю тебе, когда и как стричься. Почему ты считаешь, что имеешь право мне диктовать условия?! — Потому что я твой муж! Глава семейства! Без моего ведома ты не имела права стричь волосы! Придётся тебе нарастить их обратно, а чёлку уложить гелем так, чтобы я её не видел! И ещё: избавься от красного маникюра на ногтях! Это вульгарно! Таким образом ты просто кричишь о том, что тебе не хватает мужского внимания! Лена замерла в изумлении. Она никогда не думала, что безобидная стрижка может вызвать у Коли такую бурю эмоций. В этот момент женщина стала понимать, насколько далеко зашёл контроль её партнёра. — Ну, знаешь ли! Не тебе решать, в какой цвет красить мне ногти! И моя причёска — не твоё дело! — грубо ответила Елена, когда Николай уже стал уходить обратно в гостиную. Её тон не понравился мужчине. Он обернулся и бросил на сожительницу такой гневный взгляд, какого Елена никогда прежде не видела. — Повтори! — угрожающе проговорил он. — Я сказала, что буду делать то, что хочу! А ты держи своё мнение при себе! — также твёрдо ответила женщина и сразу об этом пожалела. Разъярённый Николай резко дёрнулся с места, подошёл к сожительнице, схватил её и подвёл её лицо к своему. — Что ты сказала?! — прорычал он. — Ай, мне больно! Отпусти! — отчаянно закричала Елена. — То-то же! Ещё раз скажешь что-то против — пожалеешь об этом! — процедил мужчина. Он оттолкнул Лену, и она упала на пол. Эта ужасная сцена настолько потрясла женщину, что она долго не могла прийти в себя. Елена совершенно не узнавала Колю. За время их совместной жизни он кардинально изменился. Тот, кто когда-то был заботливым и внимательным, превратился в настоящего тирана. На следующий день после этого скандала Лена отпросилась с работы пораньше. Она не хотела, чтобы Коля увидел, как она собирает вещи. Вдруг он снова выйдет из себя и нападёт на неё? Когда Николай вернулся и не обнаружил ни сожительницы, ни её вещей дома, он пришёл в ярость. В поисках возлюбленной мужчина обзвонил всех её друзей и родственников. Естественно, никто не выдал местонахождение Лены. Боясь возвращаться в свою квартиру, женщина временно перебралась к подруге. У неё она прожила месяц, а потом решила вернуться к себе, но вскоре пожалела об этом. Николай не оставлял Елену в покое. Он постоянно приходил к её дому, караулил возле подъезда, угрожал физической расправой. Даже после того, как она подала заявление в полицию, его поведение не изменилось. Он словно с катушек слетел. Опасаясь за свою жизнь и здоровье, Елена была вынуждена не только сменить место жительства и работу, но и переехать в другой город. И даже там он каким-то образом ее выследил. Николай подкараулил Лену у подъезда и напал: повезло, что мимо проезжала полицейская патрульная машина. Елене удалось отделаться испугом и все обошлось. Она дала показания против Николая и того задержали. И только после задержания и пребывания в заключении, Николай, наконец, исчез из жизни Елены. Женщина, правда, еще долго боялась преследования, и ей пришлось пройти терапию с психологом. И все же со временем ее жизнь наладилась. Эта история стала для Елены серьёзным уроком. Теперь она тщательно выбирала людей, с которыми сближалась, и никогда не игнорировала тревожные звоночки в отношениях.

— Мы с дедом на твою свадьбу не придем, — заявила бабушка, получив приглашение от внучки. — Так, я не поняла, что это такое?! Варя, иди сюда! Быстро! — голос Евдокии Игоревны всегда был недовольным, но сейчас он буквально звенел от возмущения. — Чего, бабуль? — Варвара мгновенно узнала строгий тон бабушки. Она поняла, к чему идёт дело, и с большой неохотой ответила. — Что это такое?! Я тебя спрашиваю! Что. Это. Такое?! — Евдокия Игоревна находилась на кухне, в то время как Варя сидела в гостиной. Чтобы внушить страх внучке и заставить её подчиниться, женщина грозно чеканила каждое слово. Когда Варя, наконец, решилась и вышла к бабушке, она увидела не просто недовольную, а разъярённую женщину. Раскрасневшаяся Евдокия Игоревна стояла посреди кухни и демонстративно трясла ведром для мусора. Такой настрой не предвещал ничего хорошего. — Нужно выбросить? — опустив глаза, спросила девочка, хотя прекрасно понимала, что дело не в мусоре. — Нет, не нужно! Подойди ближе! — женщина поманила внучку рукой. Когда та приблизилась, Евдокия Игоревна сунула ей ведро под нос. — Ой, фу, бабуль, ну ты чего? Воняет же! — возмутилась Варя, поморщившись и отступив к двери. — Стой! Куда пошла? Объясни, почему из этого ведра постоянно воняет?! — Не знаю. Может, потому, что давно мусор не выносили? — предположила Варвара. — Нет, не поэтому! Из ведра воняет потому, что ты выбрасываешь туда остатки пищи! — сказав это, Евдокия Игоревна бросила на внучку такой злобный взгляд, что той стало плохо. Варвара ничего не ответила бабушке. Она понимала, что отрицать очевидное бесполезно. Как бы старательно она ни прятала остатки еды в ведре, Евдокия Игоревна всё равно их находила. — Что я тебе говорила насчёт этого?! — Что еду нельзя выбрасывать… — едва слышно пропищала Варя. — А ты что делаешь? — Бабуль, там было совсем немного… Пара ложек… Я наелась, и в меня больше не лезло. Поэтому я и… — начала оправдываться Варя, но бабушка грубо её перебила. — Мы что, с дедом миллионеры, чтобы ты так бездумно выбрасывала обед?! Ты хоть представляешь, сколько денег уходит на все эти продукты? — Представляю… — Не лги, ничего ты не представляешь! Если бы представляла, не поступала бы так! Когда я была маленькой, мы по несколько дней сидели голодными! Ценили каждую крошку хлеба, берегли еду! А ты… а ты просто с жиру бесишься! — Нет, не бешусь. Я же сказала, что мне больше не хотелось… — Всё равно надо было доесть! Хоть и не хотелось! — ударив кулаком по столу, крикнула Евдокия Игоревна. От этого звука Варя вздрогнула. — Прости, бабуль… — Нет, одним «прости» ты не отделаешься! Хватит с меня! Не понимаешь слов — будем наказывать делом. Сегодня на кухню больше не заходи! И завтра тоже! Вот поголодаешь пару дней, потом поймёшь, что нельзя выбрасывать пищу! — сказала женщина, погрозив пальцем. Такие скандалы в доме Евдокии Игоревны случались нередко. Варя жила с бабушкой и дедушкой с восьмилетнего возраста — её родители разбились в аварии, и родственники оформили над ней опеку. С этого момента жизнь Варвары превратилась в череду строгих правил и жёстких ограничений. Бабушка и дедушка, прошедшие через суровые испытания в детстве, пытались привить внучке те ценности, которые когда-то помогли им выжить. Они выросли в бедности, знали, что такое голод и холод, и эти воспоминания навсегда оставили след в их душах. Несмотря на то что пенсия Евдокии Игоревны и Ивана Петровича была вполне достойной, привычка экономить на всём у них сохранилась. Старые обои, лампочка вместо люстры, потрёпанная мебель, изношенные вещи — всё это было частью их быта. Они не видели смысла в обновлении квартиры, считая это пустой тратой денег. Главное, чтобы было тепло, чисто и всегда имелись продукты в холодильнике. Варя никак не могла привыкнуть к такому укладу жизни. Ей было уже четырнадцать, и она часто ходила в гости к подругам. Девочка видела, как живут другие, и не понимала, почему им нельзя жить так же. В домах её друзей были современные кухни, просторные комнаты, новая мебель, модные вещи, а у неё — старая и обшарпанная квартира, где каждый предмет напоминал о трудном детстве дедули и бабули. «Посуду из-под маринадов не выбрасывать! Здесь недалеко принимают стеклотару, накоплю — буду сдавать», — нередко говорил Иван Петрович. Он собирал не только всякие стекляшки, но и металлические отходы: крышки, консервные и алюминиевые банки. За ними дед часто ходил на ближайшую помойку. Глядя на это, Варя чувствовала себя неловко. Все её одноклассники знали, какими бережливыми были её родственники. В школе они часто шептались об этом, и девочке было стыдно за такую «экономию».© Стелла Кьярри Когда в классе объявили конкурс макулатуры, Варвара была уверена, что займёт первое место. У её деда хранились целые залежи старых газет и картона. Всё это аккуратно складывалось в специальные мешки и коробки, которые занимали добрую половину балкона. Но когда внучка попросила его отдать ей небольшую часть макулатуры для классного конкурса, Иван Петрович возмутился: — Ещё чего! Я сам отнесу её и выручу деньги! — Сколько? Двести рублей? Ты больше на проезд потратишь, — горько усмехнулась девочка. — Копейка рубль бережёт! А до пункта приёма вторсырья я на велосипеде доеду! — гордо ответил дедушка. Варя не понимала такого рвения к заработку трёх копеек. Иногда ей казалось, что бабушка с дедушкой живут в каком-то другом времени, где нельзя позволить себе даже маленькую прихоть. Когда она просила новые джинсы или модную кофту, Евдокия Игоревна только качала головой: — А что, старые уже не подходят? Ты вроде ещё не так выросла. Да, эти джинсы коротковаты, но сейчас так даже модно. Новую одежду купим, когда эта совсем износится или сходиться не будет. В школе Варя чувствовала себя белой вороной. Подружки обсуждали новые гаджеты, походы в кино, брендовые вещи, а ей приходилось отмалчиваться и придумывать отговорки, чтобы не идти с ними в кафе или на просмотр фильма. Правда, однажды она не выдержала и всё-таки попросила у бабушки деньги. — Зачем тебе? — буркнула в ответ Евдокия Игоревна. — Хочу сходить в кино с подругами. Там новый фильм вышел, говорят, он классный! — А телевизор нам на что? Смотри дома! Вот ещё, будешь на это деньги тратить! Варе нельзя было ходить не только в кино. Бабуля запрещала ей покупать сладости в магазинах, есть в столовой или буфете, пользоваться мобильной связью дольше установленного лимита, покупать новые школьные принадлежности, пока старые не приходили в полную негодность, тратить деньги на кружки и секции, а также ходить на дни рождения подружек, ведь для этого нужно было покупать подарки. Евдокия Игоревна запрещала внучке даже пользоваться феном в целях экономии электроэнергии. Она не разрешала ей долго принимать ванну, потому что, по её словам, вода стоила слишком дорого. А если Варя забывала выключать свет в комнате после своего ухода, то разъярённая женщина демонстративно выкручивала лампочку в качестве наказания: — Сколько раз тебе повторять: электричество не бесплатное! Каждый ватт на счету! Вот посидишь в темноте несколько дней, поймёшь, что так нельзя делать! Варвара часто сидела без еды и электричества. В такие дни она осознавала, что, так или иначе, ей всё равно придётся играть по правилам деда и бабули. Ведь их невозможно было перевоспитать или переубедить. Экономность и бережливость были для них не просто привычкой — это был образ жизни, выстраданный годами лишений и трудностей. Все те годы, что Варя жила без родителей, она мечтала поскорее стать взрослой и зарабатывать самостоятельно. Девочка спала и видела, как будет распоряжаться собственными деньгами, покупать себе то, что хочет, и жить так, как мечтает. В шестнадцать лет, после окончания девятого класса, Варвара сделала первый шаг к своей независимости. Она устроилась на работу в супермаркет. Бабушка с дедушкой не были против трудоустройства внучки в столь раннем возрасте. Наоборот, они говорили, что лучше работать и получать деньги, чем «просиживать штаны», получая образование. — Мы же как-то прожили без институтов и техникумов, и ты проживёшь, — провожая на работу внучку, твердили они. Однако Варя не хотела всю жизнь выкладывать товар на полки или мыть полы в торговом зале. Она мечтала, что однажды обязательно получит профессию и устроится в хорошую фирму. Работа в шестнадцать лет давалась девушке нелегко, но она трудилась усердно. После совершеннолетия Варя стала зарабатывать чуть больше. Теперь ей можно было задерживаться на работе и брать дополнительные смены. Постепенно у Вари стали накапливаться деньги. Если раньше она мечтала покупать себе всё, что захочет, то теперь думала иначе. Варя не тратила зарплату впустую, потому что копила на образование. Когда у Варвары накопилась достаточная сумма, она поступила в техникум, на специальность лаборанта. Параллельно с учёбой девушка продолжала работать и шаг за шагом вырывалась из того нищенского образа жизни, к которому её пытались приучить дед и бабуля. В техникуме Варя встретила молодого человека. Вместе они стали строить планы, а спустя время сняли квартиру. Этот момент стал переломным в жизни девушки. Переезд от бабушки и дедушки означал не просто смену места жительства — это была её первая настоящая победа над обстоятельствами и доказательство того, что она способна создать для себя другую жизнь. Спустя год Варя вышла замуж за сожителя. Когда Варвара прислала приглашение на скромную свадьбу в ответ получила отказ. — Ты видно, внучка, не в себе, раз тратишь деньги на рестораны! — Мой жених копил на свадьбу, бабуль! Мы собираем только самых близких, это не ресторан, а кафе! Я так мечтала надеть белое платье... — чуть не плакала Варя. — Мечты! Лучше бы о чем-то стоящем мечтала! Нет, мы на твою свадьбу не придем с дедом, и тебе не советуем связывать жизнь с таким несерьезным мужчиной, который вместо накоплений, пускает на ветер деньги! — голос бабушки был очень недовольным. А Варя в очередной раз поняла, что ее родные люди никогда и ни в чем ее не поддержат. На свадьбу бабушка и дед не прислали даже открытки, да и поздравлять на словах молодоженов не захотели. Спустя время молодые супруги смогли вместе накопить на первоначальный взнос для ипотеки. Собственная квартира стала для них символом новой, самостоятельной жизни. Несмотря на то что отношения с Евдокией Игоревной и Иваном Петровичем у Варвары оставались напряжёнными, она продолжала общаться с ними. Варя хоть и обижалась, но понимала, что их чрезмерная бережливость — это следствие тяжёлого детства, глубокая психологическая травма. Уже во взрослом возрасте Варя не раз пыталась объяснить им, что жизнь может быть другой и иногда можно позволять себе маленькие радости, но все её попытки были тщетны. Пенсионеры жили по своим правилам, которые казались им единственно верными. Они так сильно экономили, что, даже когда болели, отказывались покупать лекарства и не принимали помощь от внучки. Эта экономность сыграла трагическую роль в их жизни. Престарелые люди, отказывая себе во всём, не смогли обмануть слабый и больной организм. Сначала не стало бабушки, а вскоре ушёл и дедушка. После похорон Варя пришла в их квартиру, чтобы навести там порядок и подготовить её к сдаче в аренду. И там, в тайнике, она обнаружила сбережения, накопленные за долгие годы. Несколько толстых пачек денег лежали под матрасом просто так, хотя могли бы сделать жизнь их владельцев намного комфортнее и счастливее. При виде внушительной суммы Варя расплакалась. Она понимала, что у дедушки и бабушки всегда была возможность жить достойно, путешествовать, получать необходимое лечение, но они так и не смогли преодолеть свою психологическую травму. Это открытие навсегда изменило отношение Варвары к жизни. Она твёрдо решила, что никогда не позволит страхам и предубеждениям управлять ею. Женщина на собственном опыте поняла, что жизнь нужно ценить здесь и сейчас, ведь завтра может не наступить, а на небесах деньги уже не понадобятся. Найденные сбережения Варвара решила вложить в будущее своей семьи. Когда у неё родились дети, она никогда ни в чём им не отказывала, хотя и учила не быть расточительными. Варя знала, каково это — жить в постоянном ограничении, и пообещала себе не повторять ошибок своих бабушки и дедушки.

— Может и родить за тебя? Или тёще памперсы менять? — возмутился муж, глядя на жену Лера выбивалась из сил: маме после ин сульта требовался качественный уход, на работе заказов выше крыши, не успевала разгребать — бизнес сам собой не займется, а помощи от мужа не было никакой. Несколько лет назад Лера ушла из офиса, где задыхалась от монотонной работы и занялась организацией праздников. Она тонко чувствовала пожелания и настроение клиентов, предлагая то, что им было нужно. Со временем клиентская база у неё выросла: отлично сработало сарафанное радио. Муж, Игорь, сперва был против смены деятельности жены. — С ума сошла? У тебя престижная работа, неплохая зарплата, отпуск, выходные стабильно два раза в неделю. А что твоё агентство?! График ненормированный, клиентов нет, неизвестно, может, у тебя и не получится. — Что ты за муж такой? — огорчилась Лера. — Лучше бы поддержал, вместо того, чтоб ворчать. — Ха, а если у тебя не пойдёт, придётся мне финансово на себе всё тащить, — скептически заявил Игорь. — Всё у меня пойдёт! Я не сомневаюсь! — Лера усмехнулась такому самоуверенному заявлению мужа. Зарплата Игоря была почти в два раза меньше, чем у неё, но менять работу, на которой он нисколько не утруждался, муж не собирался. — Мне и там неплохо, — говорил он, когда жена намекала ему, что не мешало бы поискать работу посерьёзней и более денежную. Но инспектор отдела документации — звучало солидно, хотя работа была непыльная: бумажная волокита, создающая видимость работы, перекладывание папок с полки на полку. — Я служу на благо государства, — козырял своим статусом Игорь, — у меня всё стабильно. Отсидел от звонка до звонка и домой! Не перерабатываю, зарплату вовремя домой приношу. Что ещё нужно для счастья? А Лере для счастья нужно было движение, ей нравилось решать задачи, поставленные заказчиками, нравилось видеть результат и довольные лица клиентов. Это давало ей ощущение твёрдой почвы под ногами и контроля над собственной жизнью. Казалось, что сил у неё хватит на всё, но болезнь мамы не вписалась в её планы. Вера Аркадьевна перенесла ин сульт, и теперь ей предстояла долгая реабилитация. Лера разрывалась между больницей, агентством и домом, где её ждал голодный Игорь. Она считала себя примерной женой, ответственной за то, чтобы муж был накормлен не абы чем, а нормальной домашней едой, чтобы рубашки его всегда хрустели от крахмала и благоухали свежестью. Но с болезнью мамы времени на мужа оставалось всё меньше, и он начинал высказывать своё недовольство. — Может, хватит уже носиться как реактивный самолёт?! Тебе тридцать четыре, пора и о детях подумать. Я хоть дома тебя буду видеть не по ночам, а в любое время. — Игорь, какие дети? Мама болеет, бизнес растёт, ты мне совсем не помогаешь, — возмутилась Лера. — Ну, мать твоя — невечная, может, и не выкарабкается вовсе. А ты так и будешь бегать к ней, наплевав на законного мужа? — хмыкнул Игорь. — Замолчи! — рассердилась Лера. — Врачи сказали, что маме нужен хороший уход и она поправится. Я обязательно поставлю её на ноги, чего бы мне это ни стоило! А ты мог бы помочь мне. — Это каким образом? — не понял Игорь. — Родить за тебя? Или тёще памперсы менять? — Ты мог бы сам готовить, а не ждать меня. — Вообще-то, я с работы прихожу уставший, и ты предлагаешь мне к плите вставать? А ты не обнаглела? — разошёлся муж. — Игорь, тебе не кажется, что ты перегибаешь? С тех пор как я ушла с работы и открыла агентство, ты стал вести себя по-хамски, если не сказать по-свински. Ты прекрасно знаешь, что за мамой, кроме меня, ухаживать некому, — разозлилась Лера. — Сварить самому себе пельмени — труда не составит. А когда её выпишут, мне придётся к ней в день не по разу ездить. — Ну, ты же бизнес-леди у нас, деньги лопатой гребёшь, можешь и сиделку нанять, — снова съехидничал муж. — Я лучше тебе сиделку найму, когда ты меня доведёшь, — Леру уже поколачивало от такого поведения Игоря. Она и не подозревала, что таится внутри у человека, с которым прожила восемь лет. — Ну а что, я неправ? Что за семья у нас? Тебя вечно где-то носит. Детей тебе не надо. Теперь вот матерью прикрываешься, чтоб дома ничего не делать. Лера слов не находила от таких заявлений. После этого разговора она стала приходить домой только переночевать. Ей был неприятен Игорь и все его надуманные претензии, равнодушие и цинизм. Вера Аркадьевна медленно, но поправлялась. Она уже могла сама есть. После выписки из стационара Лера наняла ей массажистку, логопеда и сама контролировала все процедуры и занятия, проводя всё своё свободное время у неё дома. К себе в квартиру маму она не повезла просто потому, что Игорь своими неуместными разговорами мог её расстроить. — Доченька, ты чего такая уставшая? — Вера Аркадьевна заметила, что Лера выглядит измученной. — Ничего, мамочка, всё в порядке. Заказчик требовательный попался, — успокаивала женщину дочь. Доля правды в этом была: босс одной солидной компании решил устроить корпоратив для своих работников после удачного подписания контракта. — Валерия, я хочу, чтобы мои люди отдохнули как следует. Мне нужно всё самое лучшее. У вас хорошие рекомендации от моих знакомых, — без предисловий перешёл к делу заказчик, когда Лера приехала к нему на встречу в его офис. — Да, конечно, Игнат э-э... — Лера забыла отчество. — Можно просто Игнат, — он заметил, что она чем-то встревожена или озадачена. — У вас всё в порядке? Вы выглядите как выжатый лимон, извините за сравнение. И тут Лера поняла, как она устала тащить всё на себе, не чувствуя поддержки. Внешне она была собранной, но внутри неё сжатая пружина готова была разжаться в любой момент. И этот момент неожиданно настал прямо там, на обсуждении договора с таким важным клиентом. Было видно, что это непраздный вопрос — Игнат, действительно, беспокоился за неё. Она хотела отшутиться, сказать, что всё хорошо, но под его пристальным взглядом как будто прорвало плотину: вместо слов из горла вырвался сдавленный стон, и слёзы сплошным потоком вырвались наружу. Он усадил её в кресло, принёс воды и терпеливо ждал, когда она успокоится. — Простите. Я не должна была, — Лера вытерла мокрые щёки платком, протянутым Игнатом. — Просто навалилось всё. Мама болеет. Дома... да, неважно. — Значит так! — Игнат забрал стакан и сел рядом, пододвинув стул. — Вам срочно нужен отдых. Иначе так вы сойдёте с ума. У меня есть одна идея, но вы должны довериться мне. С мамой кто-то может побыть сутки? Лера, подумав, кивнула. — Дома вас не потеряют? — задал ещё один вопрос Игнат. — Это уже не имеет значения, — домой ей не хотелось. Через два часа Лера уже была в охотничьем домике у озера, далеко за городом. Это был райский уголок в глуши, где нет телефонов, интернета, ни души. Только она и Игнат. — Зачем вы это делаете? — прямо спросила Лера. — Будем считать, что по двум причинам. Первая — мне нужен лучший организатор праздников, а это вы. И я не собираюсь терять ценный актив, — честно ответил мужчина. — А вторая — личная. Я сам прошёл через это: тащил бизнес, когда у отца было онко заболевание, и считал, что просить помощи — стыдно. Я чуть не потерял тогда и бизнес, и отца. У вас я вижу те же симптомы. Так что, считайте это не помощью, а актом здорового эгоизма с моей стороны. ...А потом был тихий вечер у озера, запах сосны, потрескивание дров в камине, бокал игристого, долгий разговор по душам и... — Давай будем считать, что ничего не было, — утром, натягивая одеяло до подбородка, смущённо предложила Лера Игнату. Он как-то странно посмотрел на неё и пожал плечами. — Как скажешь... Лера и правда, отдохнула, как будто зарядилась энергией. А дома её ждал разгневанный Игорь. — Где ты шляешься? Тебя не было всю ночь! — играя желваками, встретил он Леру в прихожей. — Пожалуйста, не кричи. Мне надо было подумать, — она закрылась в ванной и встала под душ. Игнат сказал, что их сотрудничеству ничего не угрожает, значит, им придётся часто видеться. Что ж, они уже взрослые люди, профессионалы, справятся со своими чувствами и эмоциями. Лера продолжала жить, словно ничего не случилось. Провела корпоратив для фирмы Игната так, что после этого поток клиентов в её агентство удвоился. Она также ухаживала за мамой, проводила другие праздники, отходила от развода с мужем, пока одним прекрасным утром не почувствовала тошноту и головокружение. «Этого ещё не хватало!» — Лера решила, что это результат стресса и усталости. — «Мама всё ещё нуждается в уходе. Мне совсем нельзя болеть!» Она решила сходить к врачу, но его «диагноз» никак не укладывался у Леры в голове: — Что ж, барышня, поздравляю! Вы на восьмой неделе. Но для точности информации вам бы лучше посетить женского доктора, хотя обычно я не ошибаюсь. Лера вышла из клиники словно в тумане. Она понимала, что это результат той самой ночи, проведённой в охотничьем домике. Рука сама потянулась к телефону. — Игнат, нам нужно поговорить, — сказала она. — Сможешь приехать в агентство? — Я приеду, — тут же ответил он. После корпоратива они, не сговариваясь, взяли паузу, но Лера часто думала о нём. — Игнат, я беременна, и это твой ребёнок, — Лера без лишних вступлений обрушила на мужчину новость. — Мне от тебя ничего не нужно. Я сама справлюсь, но я считаю, что ты должен знать. Так будет честно. Если вдруг ты захочешь участвовать в воспитании... — Нет, — резко ответил Игнат, нахмурившись, — это не мой вариант. — Ну, что ж, я поняла. Зато честно, — пожала плечами Лера. — Нет, ты не поняла. У моего ребёнка не будет воскресного папы. Надеюсь, за то время, что ты старательно избегала меня, ты хоть немножечко скучала по мне? — он с волнением посмотрел на нее. — Я безумно скучал! И тогда Лера поняла, что вот оно, то, настоящее. Лера и Игнат поженились, Вера Аркадьевна поправилась и с удовольствием водилась потом с внучкой. А Игорь остался в прошлом. Ленивый, обиженный и озлобленный, способный лишь перебирать бумажки в кабинете, да жаловаться на жизнь и бывшую стервищу-жену.

Мама плохого не пожелает Анна стояла у окна, задумчиво глядя на вечерний город. Год назад она вышла замуж за Михаила, и этот год казался ей самым счастливым временем в жизни. Они познакомились в университете, где Анна училась на филологическом факультете, а Михаил — на экономическом. Когда любимый сделал ей предложение, она согласилась, не раздумывая. Свекровь, Елена Петровна, всегда казалась ей строгой, но справедливой женщиной. Она работала главным бухгалтером в крупной компании и привыкла всё держать под контролем. Анна старалась соответствовать её ожиданиям: готовила вкусные ужины, поддерживала порядок в доме и даже начала изучать основы финансовой грамотности, чтобы угодить свекрови. С матерью Миша не советовался по поводу женитьбы, поэтому свое мнение о невестке Елена Петровна до поры до времени держала при себе и встрепенулась только когда сын с невесткой заговорили о детях. Михаил вернулся домой поздно. Анна услышала, как хлопнула входная дверь, и поспешила встретить его. — Привет, любимый! Как прошёл день? — Привет. День был тяжёлым, но ничего особенного. Как ты? — Михаил устало улыбнулся. — Всё хорошо. Ужинать будешь? — Да, конечно. Голодный как волк. Пока Михаил переодевался, Анна накрыла стол. Когда они сели ужинать, в дверь позвонили. — Наверное, это мама. Она обещала зайти, — предположил Михаил. Елена Петровна вошла в квартиру, как всегда, элегантная и собранная. — Добрый вечер, — поздоровалась свекровь. — Как ваши дела? — Всё хорошо, мама, — ответил Михаил. — Присаживайся к столу. — Нет, спасибо, я уже поела. У меня к вам разговор. Анна напряглась. Она не любила, когда свекровь говорила таким тоном. — О чём ты хочешь поговорить? — спросил Михаил, отложив вилку. — О вашем браке. Я долго думала и решила, что нам нужно обсудить некоторые вопросы, — Елена Петровна присела за стол. Анна почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Она не могла понять, к чему ведёт свекровь. — Какие вопросы? — осторожно спросила она. — Анна, не перебивай, — строго сказала Елена Петровна. — Я хочу поговорить с сыном. Михаил переглянулся с женой, но ничего не сказал. Анна занялась чаем, чтобы успокоиться. — Миша, ты знаешь, что я всегда заботилась о твоём будущем, — начала Елена Петровна. — И сейчас я вижу, что твой брак и дети могут помешать твоим карьерным амбициям. — О чём ты говоришь? Что значит «помешать»? — Михаил нахмурился. — Твоя жена — хороший человек, — продолжала свекровь, игнорируя вопрос сына. — Но она не подходит тебе на долгосрочную перспективу. Анна открыла рот от слов свекрови. — Мама, что ты имеешь в виду?! — Я имею в виду, что Анна — преподаватель литературы. У неё нет перспектив в плане заработка. А ты, Миша, должен думать о будущем. — Я думаю о будущем, — тихо сказала Анна. — И я готова работать, учиться, делать всё, чтобы помогать Михаилу. — Помогать? — Елена Петровна усмехнулась. — Анечка, ты даже не представляешь, о каких суммах идёт речь. Михаил может достичь гораздо большего, если будет с женщиной, которая понимает, как вести бизнес. — Мама, хватит! Я не буду обсуждать жену в таком ключе. — Сядь, — Елена Петровна подняла руку. — Я ещё не закончила. Я предлагаю рассмотреть другие варианты. — Какие варианты? Жен?! — Анна решила, что это шутка и выдавила смешок. Вот только свекровь не шутила. — Я знаю нескольких подходящих девушек из хороших семей, с образованием и связями. Вы поторопились узаконить брак, но пока ничего не нажили, я предлагаю вам разойтись полюбовно. — Ты не в себе? — Михаил уставился на мать. — Как ты можешь такое говорить? — Я забочусь о твоём будущем, — спокойно ответила Елена Петровна. — Ты должен понимать, что брак — это не только чувства, но и расчёт. По любви уже было, теперь пора подумать о детях. А дети не должны родиться в бесперспективном браке. Анна не могла больше сдерживаться. Она встала из-за стола, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Миша, — прошептала она. — Скажи ей, что это безумие. Михаил смотрел на мать, не в силах поверить в происходящее. Его мать, женщина, которую он всегда считал образцом мудрости и рассудительности, сейчас предлагала ему бросить жену. Жену, которую он любил всем сердцем, с которой планировал прожить всю жизнь. — Нет, мам. Аня — моя жена, и я не собираюсь её бросать. — Михаил, послушай меня, — Елена Петровна сохраняла удивительное спокойствие. — Ты ещё молод, у тебя всё впереди. Нельзя связывать себя с человеком, который не сможет поддержать твой рост. — Елена Петровна, как вы можете? Вы же знаете, что я готова учиться, развиваться, помогать Михаилу во всём! Почему вы поменяли отношение ко мне? У нас же все было хорошо! — Дорогая, — свекровь снисходительно улыбнулась. — Амбиции похвальны, но реальность такова, что преподаватель в школе вряд ли сможет соответствовать уровню бизнесмена. — А кто определяет этот уровень? — голос Анны дрожал от гнева. — Вы? — В данном случае — да, — твёрдо ответила Елена Петровна. — Я знаю, о чём говорю. У меня есть опыт и понимание того, как устроена жизнь. — Хватит! — Михаил больше не мог выносить этот бессмысленный разговор. Анна, чувствуя, как слёзы катятся по щекам, выбежала из кухни. Ей было тяжело и неприятно выслушивать такое от довольно близкого человека. — Ой! Ну вот! Я же говорила, что она истеричка! Не может адекватно на критику реагировать. — Мама, прекрати! Ты же знаешь, как я люблю Анну. — Любовь — прекрасное чувство, — ответила Елена Петровна. — Но она не должна мешать твоему развитию. Ты же сам говорил, что хочешь открыть свой бизнес. — И что из того? — Михаил нервно ходил по кухне. — Анна поддержит меня в любом начинании. — Поддержит, но не поможет, — свекровь встала. — Я могу познакомить тебя с девушками, которые не только поддержат, но и внесут реальный вклад в твой проект. Материальный! — Все! Я не собираюсь обсуждать это дальше. Уходи и подумай, стоит ли приходить снова с таким настроем! — Хорошо, — неожиданно легко согласилась Елена Петровна. — Но помни: я забочусь о твоём будущем. Ты ещё поблагодаришь меня за эти слова. Она направилась к выходу, но у двери остановилась: — Анечка, — громко обратилась она к невестке. — Я говорю это не из желания обидеть. Просто прими реальность такой, какая она есть. Ты и сама еще молоденькая и найдешь себе мужчину под стать! Какого-нибудь физрука... Или библиотекаря. Присмотрись, думаю есть в твоем окружении такие мужчины. Дверь захлопнулась: мать оставила Михаила и Анну наедине с их мыслями. В спальне Анна всё ещё плакала, уткнувшись в подушку. Михаил тихо открыл дверь и сел рядом с женой. — Любимая, — прошептал он, обнимая жену. — Не слушай её. Она не права. — Как она могла? — всхлипывала Анна. — Мама иногда бывает слишком категоричной, — Михаил прижал жену к себе. — Но это не значит, что она права. — А если она права? — Анна подняла заплаканное лицо. — Может, я действительно не подхожу тебе? — Нет, — твёрдо ответил Михаил. — Ты — самое ценное, что у меня есть. И я не позволю никому говорить иначе. Даже не слушай ее, перебесится, привыкнет! Давай лучше подумаем над планированием детей, уверен, моя мать поменяет свое мнение, узнав, что ты ждешь ребенка. Анна прижалась к мужу, чувствуя, как постепенно отпускает напряжение. Но в глубине души она знала: этот разговор оставит след в их отношениях. И вопрос о том, прав ли Михаил, отвергая советы матери, будет мучить её ещё долго. Елена Петровна, сидя в своей машине, задумчиво смотрела на окна сына. Она не ожидала, что её план вызовет такую бурю эмоций. Но она была уверена: всё, что она делает, ради будущего Михаила. Даже если для этого придётся разрушить его брак. Следующие дни прошли в напряжённой атмосфере. Михаил пытался вести себя как обычно, но его жена замечала, как он нервно поглядывает на телефон, ожидая сообщений от матери. Анна решила не сидеть сложа руки. Она записалась на курсы финансового менеджмента, начала изучать основы инвестирования и даже составила бизнес-план для небольшого проекта. Она хотела доказать не только свекрови, но и себе, что способна быть той женщиной, которую Елена Петровна хотела видеть рядом с её сыном. Однажды вечером, когда Михаил был на работе, в дверь позвонили. На пороге стояла Елена Петровна с пакетом продуктов. — Я решила приготовить ужин, Миша так любит винегрет... — произнесла она, входя, не дожидаясь приглашения. Ане пришлось отступить, хотя первым желанием было выгнать свекровь и захлопнуть у нее перед носом дверь. — Знаешь, — начала Елена Петровна, нарезая овощи, — я просто беспокоюсь о будущем Михаила. — Я понимаю ваши чувства, — осторожно ответила Анна. — Но разве нельзя поддержать нас, вместо того чтобы пытаться разрушить наш брак? — Я лишь пытаюсь открыть глаза своему сыну на реальность. — Реальность такова, — Анна повернулась к ней, — что мы любим друг друга. И готовы работать над нашим будущим вместе. Елена Петровна вздохнула: — Вы с ним молоды и наивны. Думаете, что любовь решит все проблемы? — Любовь — это основа, — твёрдо ответила Анна. — А всё остальное мы сможем преодолеть. Они какое-то время готовили молча, а затем с работы вернулся Михаил. Увидев мать на кухне, он напрягся: — Мама, разве я приглашал тебя сегодня? — Помогаю Анне с ужином, — спокойно ответила Елена Петровна. — Мы поговорили, и я поняла, что была слишком резка. Михаил недоверчиво посмотрел на мать, но ничего не сказал. За ужином разговор зашёл о планах. Анна рассказала о своих курсах, о бизнес-идее книжного клуба для детей, которую она разрабатывала. Михаил с гордостью слушал жену, а Елена Петровна внимательно наблюдала за ними. — Идея неплохая, — неожиданно произнесла она. — Но вы должны понимать, что путь к успеху будет трудным. — Мы готовы к трудностям, — ответил Михаил. — Главное — мы вместе. После ужина Елена Петровна засобиралась домой. — Я подумаю над своими словами, — сказала она перед уходом. — Возможно, я действительно была слишком категорична. Когда дверь закрылась, Анна и Михаил переглянулись. — Думаешь, она и правда изменила мнение? — спросила Анна. — Не знаю, — честно ответил Михаил. — Но я рад, что мы смогли поговорить. Следующие недели показали, что Елена Петровна действительно изменила своё отношение. Она начала поддерживать Анну, давала советы, хотя и продолжала иногда делать критические замечания. Анна с головой погрузилась в учёбу и работу над своим проектом. Михаил поддерживал её во всём, гордясь тем, как его жена растёт и развивается.© Стелла Кьярри Но спокойствие было обманчивым. Елена Петровна, хоть и изменила тактику, не отказалась от своей главной цели — обеспечить сыну «правильное» будущее. Она просто решила действовать изящнее, используя новые методы влияния на Михаила. Однажды вечером, когда Анна была на занятиях, Михаил получил сообщение от матери: «Встретила одну девушку. Выпускница экономического факультета, стажировалась в крупной компании. Хочу вас познакомить». Михаил долго смотрел на экран телефона, не решаясь его удалить. Он знал, что должен это сделать, но что-то мешало ему. Возможно, красивое фото девушки, которая была гораздо эффектнее, чем жена. Пока муж рассматривал фото, домой вернулась Анна, полная энтузиазма после занятий. Она и не подозревала, что её муж держит в руках сообщение, которое могло изменить их жизнь. Михаил не стал рассказывать жене про сообщение матери, а вместо этого поспешно убрал телефон. — Как прошёл день? — спросил он, стараясь говорить как можно естественнее. — Отлично! — ответила Анна. — У меня появилась новая идея для проекта. Я хочу делать костюмированные литературные встречи для детей, как утренники! Это будет весело. Думаю, можно попробовать получить какой-нибудь гранд для финансирования от Государства. Михаил улыбнулся. Анна продолжала развивать свой проект, Михаил поддерживал её, но в его поведении появилась какая-то отстранённость. Елена Петровна всё чаще звонила сыну, присылая фото «перспективных девушек». Однажды вечером Анна вернулась домой раньше обычного. Она застала Михаила разговаривающим по телефону. Услышав шаги, он быстро завершил разговор. — Милый, что-то случилось? — спросила Анна, чувствуя неладное. — Нет, просто мама звонила, — ответил Михаил, избегая взгляда жены. Правда, Анна хорошо знала мужа и заметила его настроение. Она решила проверить телефон мужа. То, что она увидела, повергло её в шок. Десятки сообщений от матери с фотографиями разных девушек, подробные досье на каждую, предложения о встречах. И самое страшное — несколько ответов Михаила, в которых он соглашался рассмотреть эти варианты. Анна не стала устраивать скандал. Она собрала вещи и уехала к родителям. Михаил очень удивился, он и подумать не мог, что Анна полезет в его телефон... Вместо того чтобы пытаться спасти семью и отказаться от "смотрин" невест, он накинулся на жену с обвинениями, тем самым усугубив ситуацию. К тому же под воздействием матери он уже и сам стал понимать, что есть более красивые, молодые и успешные девушки, которые вполне непрочь с ним встречаться, потому разрыв с Анной был бы вопросом времени, и уж лучше она уйдет сама, чем выставлять ее с чемоданом, или того хуже делить имущество при разводе с появлением детей. — Мам, ты была права, спасибо тебе, — сказал Михаил после очередной встречи с новой девушкой. — Мама плохого не пожелает! — подмигнула Елена Петровна. На днях она видела Анну в одной из библиотек, куда заходила, чтобы отдать так и не прочитанную книгу. Анна в тот момент договаривалась о сотрудничестве, и вскоре ее детский книжный клуб стал работать на базе Государственных библиотек. Она реализовала свой проект, хотя он был не слишком удачный с коммерческой точки зрения, зато блеск в глазах детей и благодарность их родителей за привитую любовь к книгам стала для Анны лучшей наградой. А уж избавление от мужчины, который повелся на доводы матери, и вовсе было бесценно.

— Мы ещё не поженились, а вы уже думаете про развод, — возмутился будущий зять на требование тещи Кира и Костя встречались уже полгода, когда молодой человек сделал, наконец, девушке предложение. — Что хоть у него за душой имеется? — подозрительно поинтересовались родители Киры, которых не очень радовала перспектива вкладываться в устроение свадьбы, помощь с жильём и прочими финансовыми вложениями в быт молодой семьи. — У Костика квартира своя в центре и машина, — заявила Кира, преисполненная гордостью за жениха. — О, это меняет дело! — отлегло у родителей. — А работает он кем? Зарплата у него какая? — Он хозяин автомойки. Про зарплату не спрашивала, но он водит меня в рестораны, дарит подарки, обещал возить на курорты и заграницу. Кира не стала уточнять, что квартира у Константина взята в ипотеку, старенькую иномарку ему дед подарил, когда сам больше не смог ездить в силу возраста, а доходы от автомойки он откладывает на свадьбу и оплачивает ипотеку. — Так он у тебя почти что олигарх! — радостно воскликнула мать Киры. — Отхватила же ты себе ходячий банкомат! Повезло так повезло! Пора уже знакомить нас с ним. Кира не стала никого переубеждать, пусть думают, что её жених такой и есть. Не стыдно и родителям будет перед родственниками щегольнуть таким зятем. Костя и не подозревал, что на него уже возлагают большие надежды будущие тесть с тёщей. Он очень удивился, когда при первой же встрече они заговорили о его финансах. — Константин, ты же понимаешь, мы вовсе не богаты, чтобы тратить такие деньжищи на свадьбу, — подливая ему наливочку собственного производства, рассуждал отец Киры, — а ты уже состоявшийся мужчина, бизнесмен, просто обязан взять все расходы на себя. Гостей будет много! У нас родня большая. — Но... — Костя хотел было возразить, что они с Кирой не планировали грандиозного застолья, а хотели скромно отметить в тесном семейном кругу, но мать невесты его перебила. — Вот, ешь салатик. Ты не переживай, родственники у нас весёлые, скучно не будет. Только надо их разместить где-то. Вот у себя и поселишь на пару дней. Кстати, ты, как будущий зять, а значит, член нашей семьи, должен помочь моему племяннику. — Простите? — не понял Костя. — В чём помочь? — Мальчик завалил экзамены в институт на бюджет, а денег таких у моей сестры нет, — объяснила почти что тёща. — Ну, я могу позаниматься с ним, и он на следующий год поступит, — предложил Константин, вопросительно поглядывая на Киру. Но та делала вид, что не замечает взглядов жениха. — Ой, не смеши мои тапочки! — отмахнулась родительница девушки. — Ему хоть кол на голове теши. Нет, ему надо на платное отделение. — А что я могу сделать? — смутное понимание того, что от него хотят, стало медленно доходить до Кости. — Ну как что? Родственники ведь должны помогать друг другу. Тебе же ничего не стоит оплатить ему обучение, — как на бестолкового, посмотрела она на будущего зятя. Тут Кира перевела разговор на другую тему, видя офигевшее выражение лица жениха, и вскоре, они попрощались с её родителями, вернувшись в квартиру Кости. — Кира, что это было? — он припомнил странную просьбу матери своей невесты. — Ну, мама в чём-то права: мы же родня почти. Ты же не хочешь, чтобы все считали тебя жлобом и жмотом? — Ты прекрасно знаешь, что у меня нет таких денег, — развёл он руками. — Ипотека, свадьба... И, кстати, а что, твои родители совсем не хотят помочь нам со свадьбой? — Ты же сам слышал: у моих нет возможности нам помочь, — Кира начала злиться, и Костя попытался сгладить конфликт. — Ладно, посмотрим, — примирительно сказал он, — только не злись, пожалуйста. Но на этом просьбы будущих тёщи и тестя не закончились. — Костик, я хочу перед свадьбой съездить на море, отдохнуть, привести мысли в порядок. Ты бы купил мне путёвку. Мы же скоро станем семьёй, — названивала парню мамаша Киры. — Папе нужно машину помыть, и ещё у него подшипник полетел, заменить бы. Ты же можешь это устроить?! — спрашивала невеста Костю перед сном как ни в чём не бывало. — У меня брат двоюродный из деревни приехал, ему работа нужна. Устрой его к себе на мойку, только зарплату ему хорошую назначь, — при встрече почти приказал Косте отец Киры. — Мы же скоро станем семье, ну что тебе стоит? — пытались наседать на молодого человека родственники невесты. Костя с каждой новой встречей и после очередных звонков Кириной родни всё больше впадал в отчаяние. А Кира, будто и не замечала их наглости. Если с машиной будущего тестя Костя ещё мог помочь, то всё остальное было ему не по плечу. Кира передавала отказы жениха родственникам, а те, в свою очередь, начинали трактовать их не как разумные границы, а как его нелюбовь к Кире. — Дочь, это он сейчас тебе в мелочах отказывает, а что потом? Скажет: «За салоны красоты плати сама! Одевайся на свои!» А дальше и вовсе начнёт у тебя деньги требовать себе на бензин! Ты хорошо подумай, а за того ли ты замуж собралась? — науськивала Киру мамаша. — Это он так пыль всем в глаза пускает своей квартирой в центре, и машиной-развалюхой. А автомойка, так вообще, поди, дяди какого-нибудь. Последняя капля терпения кончилась у Кости, когда Кирина мать заявила ему, что свою квартиру он должен переписать на Киру, а на свою машину выписать доверенность будущему тестю. — Я должна быть уверена, что моя дочь обеспечена жильём и в случае вашего развода не вернётся к нам с отцом в дом. А машину свою мог бы отцу Киры давать. Зачем использовать обе, раз в семье их две?! Костя не выдержал такого давления и устроил Кире разнос. — Кира, я тебя люблю, но угомони своих родственников! По-моему, это уже перебор! Мы ещё не поженились, а они уже думают про развод! И я не собираюсь давать свою машину твоему отцу! Если надо отвезти куда-то, я отвезу, без проблем! Но у него своя есть машина и получше моей, я посмотрел. — Правильно мама сказала, что ты только на словах меня любишь, — надулась невеста, — а как до дела доходит, так ты в кусты сразу! — Ну, знаешь, — вспылил Костя, — мы даже ещё не семья, а я уже в твоих родственников вкладываться должен? Нет уж, уволь! — Тогда никакой свадьбы не будет! — психанула Кира и выскочила из квартиры жениха, хлопнув дверью. — Да и не надо! — крикнул ей вдогонку парень. Костя ждал, что Кира одумается и вернётся, но она не пришла ни через час, ни через день, ни через неделю. Трубку она не брала, на СМС не отвечала, дома её никогда не было, а её родители были не рады его видеть. Вскоре от общих друзей Костя узнал, что Кира начала встречаться с каким-то хмырём, который осыпает её подарками и цветами, каждый день водит по ресторанам. Всё же, ему удалось дождаться Киру возле подъезда её родителей. — Чего тебе здесь нужно? — едва взглянула она на Костю и хотела уже пройти мимо, но он поймал её за руку. — Давай поговорим, — попросил он. — Ты уже всё сказал, а я всё поняла, — выдернула руку Кира. — Не нужно тебе больше меня ждать. Ничего у нас с тобой не будет. Я встретила другого. Он, в отличие от тебя, не отказывается помогать моим родственникам. Так что, ищи себе сироту! И не приходи сюда больше. Она гордо вскинула подбородок и, расправив плечи, походкой королевы вошла в подъезд. Говорят, что парни не горюют. Это не правда. Горюют, но недолго. Костя порасстраивался недельку, да и уехал в отпуск. Денег, что откладывал на свадьбу, с лихвой хватило на увлекательное путешествие. Через полгода он случайно узнал, что свадьбы у Киры с её новым кавалером так и не было. Он оказался мошенником: под предлогом дачи взятки декану в вузе, куда Кирина мать хотела пристроить своего непутёвого племянника, новый «жених» выманил у родителей Киры полмиллиона, якобы на бюджетное место для пацана. С этими деньгами он и пропал. Оказалось, что Кирина семья не единственная, пострадавшая от этого прохвоста. А таких «невест», как Кира у него было не меньше десяти. Его давно разыскивали органы, но он каждый раз находил себе новую дурочку и скрывался в неизвестном направлении. В конце концов, его поймали и упекли за решётку. Так, Кира осталась без женихов, а Костя избежал «прожорливой» семейки. Иногда синица в руках намного надёжнее далёкого призрачного журавля, ведь гоняясь за показным блеском, легко прозевать настоящую ценность и остаться у разбитого корыта.