Александр Ярушин

Марина ненавидела этот дом. Он стоял у нее в горле комом, как и воспоминания о бабушке Алевтине Павловне. Старый, осевший на один бок сруб, пахнущий сыростью, мышами и безнадежностью. — Марина Сергеевна, покупатель настроен серьезно, — голос риелтора в трубке звучал елейно, но с нотками нетерпения. — Участок хороший, хоть и запущенный. А дом... ну, под снос, сами понимаете. Два миллиона — это потолок. Соглашайтесь. Завтра задаток. Марина крепче сжала руль своего старенького «Соляриса». Два миллиона. Эти деньги были ей нужны как воздух. Кредит за неудачный бизнес бывшего мужа, ипотека за «однушку» на окраине и долги по коммуналке душили её уже третий год. — Я буду завтра к обеду, Олег, — ответила она, глядя, как дворники размазывают осеннюю грязь по стеклу. — Мне нужно просто забрать личные вещи. Точнее, выкинуть хлам. — Отлично. Тогда до завтра. Она сбросила вызов. Хлам. Вся жизнь Алевтины Павловны была хламом. Бабушка слыла в семье скрягой и тираном. Марина помнила детство: «Не трогай

Сначала анекдот в тему: Как советские контрразведчики вычисляли засланных в СССР иностранных шпионов? Ведь не секрет, что они могли жить бок о бок с советскими гражданами долгие годы и никто не догадывался, что засланные казачки. Оказалось всё просто: иностранцы никогда не разводили своих огородов, садов и не строили на них теплицы. Конечно, это не более чем шутка. Они ещё в бане не парились... И это тоже шутка. Хотя в каждой шутке есть доля шутки. Когда мы только-только строили дом и моя юная жена заговорила о теплице, я покрутил у виска пальцем, сказав: - Ты чего, мы ещё дом не построили. И вообще, может всё газоном засеем, ну эту теплицу. Как она на меня посмотрела! Пристально, так, долго, и спрашивает: - Ты что не русский? - Спалился... пронеслось в моей буйной головушке голове... Да конечно же нет, первым делом я подумал, что так и до развода недалеко, нельзя шутить такими вещами с русской женщиной. Как вы понимаете через неделю на нашем участке красовался большой новый дом,