юрий ткачев

В 2013 году тогдашний министр обороны Сергей Шойгу приказал забыть слово «портянки». Казалось бы — ну и слава богу, XXI век на дворе. Кто вообще станет наматывать тряпку на ногу, когда есть носки? А между тем целые армии мира делали именно это на протяжении двух с лишним столетий. И не потому, что были бедными или глупыми. Портянки в армии СССР, Российской империи, Вермахте и финской армии — это не пережиток прошлого, а продуманное решение. Система, где кирзовые сапоги и портянки работали в связке так же точно, как поршень и цилиндр в двигателе. Зачем солдаты носили портянки? Почему портянки лучше носков в условиях реальной войны? И как прямоугольный кусок ткани размером 35 на 90 сантиметров спасал ноги от ампутаций? Давайте разбираться! История портянок в русской армии начинается с человека, который терпеть не мог бессмысленные жертвы. В 1783 году князь Григорий Потёмкин написал Екатерине II докладную записку, от которой у армейских щёголей того времени случилась бы истерика. Суть бы

«Наши танки в 40 километрах от Москвы!» - торжествующе писали немецкие газеты в октябре 1941-го. Но они не знали, что эти 40 километров станут дорогой в ад для лучшей армии Европы, потерявшей здесь все - от военной техники до веры в собственную непобедимость. История никогда не прощает самоуверенности. Это урок, который немецкие войска усвоили под Москвой особенно жестоко. Оберлейтенант Хайнц Вебер писал в своём дневнике 29 сентября 1941 года: "Москва лежит перед нами как спелый плод. Еще несколько дней марша, и столица большевиков падет к ногам фюрера. Наши танки готовы, солдаты полны решимости. Кто может остановить величайшую армию, которую когда-либо видела Европа?" Какая горькая ирония звучит в этих словах теперь, когда мы знаем, чем обернулась эта самоуверенность для Третьего рейха... В начале операции «Тайфун» погода еще баловала немецкие войска. Унтерофицер Курт Майер вспоминал: 30 сентября выдалось на удивление теплым. История СССР могла бы пойти совсем по другому пути, знай м

Получая зарплату, боец СВО каждый раз вынужден выбирать – обеспечить семью или остаться в живых самому. О страшной дилемме, ежемесячно встающей перед каждым контрактником, честно рассказал один из авторов канала "Свидетели Байрактара", военкор Александр Харченко. Львиная доля денежного довольствия участников СВО уходит на сбережение жизней бойцов. Сбор "на нужды подразделения" всем уже привычен. Деньги идут на закупку транспорта, стройматериалов, запчастей, бензина, газа, "мавиков". И на то, чтобы самому остаться в живых до следующей выплаты. Харченко подчеркивает, что общество об этом знает очень мало: в умах гражданских уже укоренился миф об огромных зарплатах на СВО. И они действительно гораздо выше, чем в тылу. Но что остается от них самим контрактникам? Военкор пишет: Это во время Великой Отечественной войны все ходили в одной форме с одинаковым снаряжением. Теперь двух одинаковых пехотинцев найти невозможно. Сейчас от денег сильно зависит твоя выживаемость. 80 лет назад штурмовик