Фильтр
Дорогие читатели, мы спешим напомнить, что у нашего Автора есть свой телеграм-канал — https://t.me/eyazoff!

Это отличная возможность прикоснуться к волнующему миру поэзии и творчества Евгения Язова. Здесь вы не просто знакомитесь с его работами, но и участвуете в живом диалоге, обмениваетесь идеями и задаете вопросы, которые волнуют именно вас.
Присоединяйтесь к нам и станьте частью этой захватывающей литературной приключения. Позвольте себе погрузиться в мир поэзии в компании настоящего мастера слова — Евгения Язова!
БЕЗДЕЛИЦА
Девица юная легка и весела,
Поэта сердце кротким взором пенит,
Играет им, как будто жадно внемлет
Его строкам. Ах, как она мила!
О, как мила девица и светла,
Как холодна в красе высокомерной,
Страсть утаив от свиты своей верной
И от пиита! Всё ж, она мила!
Ах, всё ж мила и юные пажи
Ей угождают, она же будто б скромно
Всех отторгает и в невинность словно
Одета! Так? Мой друг, скажи!
Но страсть её росою на устах,
Лишь зрячий видит, как она скрывает
Желаний веер. Лишь слепец не знает,
Что видит сия девица во снах.
Глаза её – блестит греха огонь,
Дыхание прерывисто – в нём жадность
Вкусить любовь, играя в своенравность
Сердца приемля в юную ладонь.
Насмешница; наро́чито скромна
НЕВЫНОСИМО МИЛЫЙ ОБРАЗ
Ах, на устах твоих изыском песни
Спешу лобзать строку поэтов древних,
И слёзы слов текут, как в откровеньях,
Восторженно: «Воистину Воскреси!».
Ты день и ночь улыбкою ласкаешь,
Дыханием своим взрастишь ты радость,
О, взглядом одари! одна лишь сладость –
Узреть тебя и то, как ты мечтаешь!
Ты кротким взором опьянила душу
Певца любви, что между строф пропал,
Он на полях поэм твой образ обретал,
Чтобы утратить, – тем себя разрушить.
И образ твой – есть музыки строка!
Я – паж влюблённости и паладин страстей;
Недуг мой – жажда, и коль ждать вестей
Всю жизнь дано, то буду ждать – века!
Картина: Генрих Ипполитович Семирадский (1843-1902). По примеру богов, 1899
ОЧАРОВАННЫЙ ЮНОСТЬЮ, БЛУЖДАЮ В САДУ ТВОЕЙ КРАСЫ
За ажурной оградою, между прочих цветов,
Расцвела ты, укрывшись
вуалью туманов прохладных.
Ты слезами росы по кромке облачных снов
Снисходишь, мечтая
в канцонах так сердцу отрадных.
Высокомерия нет – лишь невинности сласть,
Ах, цвет непорочный
в мечтах милых песен весенних;
Но небо и солнце стяжали красы, сию власть
В любовь облачают –
ты в песне звучишь сокровенной.
Чертополох – старый ключник, тропы укрыл,
Словно ворон ворчливый,
он в белом тумане просе́ял
Лунные блики, из них заклинаний свод свил,
Что глаза отведут
тем, кто путь держит в облаке белом.
Где гибкие лозы обвили стволы древних пущ,
Там, где влажные травы
в росе, слов
ЭАГРИДА
Ты сеть расставила, о хрупкое дитя,
Творенье музыки, живущее в балладах,
На струнах юности танцуешь и шутя
В созвучиях играешь тканью лада.
Ты в сеть свою пытаешься поймать
Пернатых странников изяществом паваны,
В нагой невинности явиться и предстать
Высоким слогом спроть бездарной драмы.
Как ласково целуешь струн напев,
И лютня плачет вновь в твоих объятьях,
А ты, мелодию свою опять пропев,
Бежишь толпы, исторгнувшей проклятья.
Ты в сеть свою поймала сотни душ,
Примерив судьбы к праздности и сласти.
Силен, вновь пьян и дико неуклюж,
Познать желал, сгорая в тлен от страсти.
Как ты невинна, девственна, чиста
В разгулье юности и в песне Купидона,
Жестока в нежности, в жестокости – проста
  • Класс
ПОРАЖЕН ВЗОРОМ МУЗЫ, ТЕМ ТЯЖКО БОЛЕН
Играет мной придирчивая муза,
Вплетая в музыку катрен о той любви,
Что в глубине души незримым грузом
Покоится, кипит в моей крови.
Смыкается таинственным союзом
И поцелуем манит (только трусам
Не знать его)! Ах, музу призови,
Мой друг! Иди по тем приметам,
В которых не найдёшь иных причин,
Помимо тех, иных, что тканью света,
Не ведают здесь мелких величин.
Найдешь её ты, где строкой поэта
Записана канцона – в том уж спета
Она, красавица! И до своих седин
Ты менестрелить и прославить
Амура должен – страсть, ланиты увлажнив,
Изыск любви, как драгоценность, вправить
В шкатулку снов – все о любви они!
Стремишься ты, словно письмо отправить,
В котором чувст
ОСЕНЬ ВСТРЕЧАЕТ ЛЮБОВЬ В ПЕСНЕ ПОЭТА
Искатель грёз, гуляка ветер,
Свил бязь неведомых дорог,
Вложил он песнь в уста поэта
И этой песней занемог;
Терзаясь, заплетаясь в слог,
Лился он, солнцем на рассвете
Пронзил хлябь неба, искры эти
Вонзил в бушующий поток.
Разгладил струны юной песни,
Зарей занявшись, вдаль спешил,
Скользнув по струнам; ему тесно
Вдруг показалось, он решил
Ворваться в грудь и тем лишил
Девицу сна, распевом лестным
Красам её!.. В катрен чудесный
Он образ дивный заключил.
И сердце юно, страстью дышит,
Огнём горит – в пожар, в сей миг
Бежит болезнь души, не слышит
Слов, что твердит архистратиг,
К престолам трезвости воздвиг
Тропу стальную, над ней дышит
Покой и разум в вер
ТВОЯ ЛЮБОВЬ НЕВИДИМА…
Твоя любовь невидима, но всё же -
В тени ресниц едва приметный свет;
Украдкой нежностью затих и, может,
Надежда будет на уклончивый ответ.
Любовь укрылась кроткою улыбкой,
В изгибе жеста и во вздохе том,
Который прячет нежность в неге зыбкой,
В межмирии - то в грешном, то в святом.
Взирает вечность ясными глазами,
Хоть смех и выдаёт беспечность лет,
И сколь бы рыцарь ни мечтал ночами,
На его вздох всегда один ответ!..
Картина:
Luigi Cavalieri, XIX century, Inspiration of Love.
Показать ещё