Страсти по Савченко. Акт последний?

Страсти по Савченко. Акт последний? Всю неделю Киев живет страстями по Савченко. Суд идет к концу. После 20-го начнут читать приговор. Срок обещает быть долгим, статья тяжелой. А значит, эта часть истории старшего лейтенанта армии Украины, наводчицы Савченко закончится. Конец придет телесъемкам в зале суда, эпатажу, да и портрет ее вряд ли провисит в Раде еще 20 лет. Вот и надо из последних дней выжать шума побольше. О том, как депутаты в борьбе «за Надю» срывают флаги чужой страны, а блок президента зовет всех громить российское посольство (именно так - люди Порошенко первыми нарушают нормы международного права и зовут за собой других) - об этом мы поговорим буквально через минуту. Но сначала - о последнем слове Савченко, которое прозвучало на этой неделе в суде. Понятно, что там Россия исключительно «страна третьего мира», марионетки - так кремлевские, Путин - тиран. Но это все мусор, написанный кем-то. Там есть путаная, но главная мысль, главная мечта Савченко - это героически умереть. Из принципа. И она знает как: вот сейчас перестану есть и начну медленно умирать, и, может быть, Порошенко меня тогда спасет, а когда я все-таки героически умру, меня похоронят на родине с почестями. А еще, когда я назло всем умру, я стану президентом и руки России никогда не подам. Вот. Я не хочу обсуждать ее голодовку - эту опасную игру с собственным здоровьем. Но если говорить серьезно: это известный в истории истерический психотип псевдо-героев-революционеров, которым очень важна сама форма их героический смерти. Они, как правило, еще и чертеж памятника для себя оставят. Но покупаться на этот откровенный шантаж нельзя. Савченко - никакой не герой и не страдалец за идею. Она не автор детских книжек и не учитель физики, попавший в жернова гражданской войны. Она человек в погонах. Боец карательного батальона. Ее судят за гибель моих коллег Игоря и Антона. И только представьте: а если бы (ну, вдруг) ребят там не было, она бы просто положила беженцев из Луганска в том лесу, и никто бы никогда не узнал ее имени. Какова страна - таковы и герои.