Группа «Ноль» ворвалась на советские телеэкраны где-то в конце 1980-х. Каких только странных персонажей не вынесло из глубин андеграунда на поверхность на перестроечной волне, но дядя Фёдор в тельняшке и с баяном наперевес выделялся даже этом пёстром фоне.
В обманчиво бесхитростных песнях Чистякова отразилось время исторического коллапса, которое страна переживала вместе с их слушателями, которые ещё недавно жили на улице Ленина, а теперь оказались вытолкнуты в совершенно иную, безумную реальность, в которой «человеку бедному мозг больной свело».
Феноменальный подъём отечественного рок-движения начала 1990-х невозможно представить без песен группы «Ноль». «Улица Ленина», «Иду, курю», «Человек и кошка», «Песня о настоящем индейце» с их щемящей лирикой и философским приятием жизни — теперь уже классика, как ни крути. Одновременно и точный слепок эпохи, и целый пласт андеграунда, и отзвуки чего-то вечного, что выходит за рамки конкретного времени.
Герои хита «Иду, курю», который в начале 1990-х звучал буквально из любого динамика, сосредоточен на двух простых действиях, посмеиваясь над хаосом, который происходит вокруг. Когда всё летит в неизвестном науке направлении, что ещё остаётся? Ироничное, почти буддистское принятие абсурда бытия стало чуть ли не гимном целого поколения.
Песня о настоящем индейце. Альбом Песня о безответной любви к Родине.