Валера Грибов

В 1930-х годах в сознании советских людей Арктика была местом страшным и гиблым. Туда отправляли самых отпетых врагов народа, откуда, как правило, не возвращались. Остров Вайгач, что у самого края земли, между Баренцевым и Карским морями, ненцы исстари называли «Землей страшной гибели». Казалось бы, смертный приговор для любого, кто ступит на эту промерзлую землю в роли заключенного. Но парадокс: многие зэки, попавшие сюда, считали, что им несказанно повезло. Вайгач — кусок суши длиной чуть больше ста километров, отколовшийся от горной дуги Полярного Урала. Место дикое, продуваемое всеми ветрами. Для ненцев оно было священным: здесь стояли сотни деревянных идолов, которым приносили жертвы. Название Вайгач, по одной из версий, переводится с ненецкого как «Остров страшной гибели». Звучало пророчески. В 1921 году геолог Нестор Кулик нашел здесь полиметаллические руды. Стране нужна была индустриализация, стране нужны были металлы. Но кто поедет добровольно осваивать вечную мерзлоту? Прави