ТОЧКА.РФ

Стартовало зрительское голосование конкурса ТОЧКА.РФ

Тысяча историй, взглядов, голосов. Заявки пришли со всех концов страны – от Калининграда до Чукотки, с берегов Байкала и с маленьких островов Белого моря. Были и такие места, которые мы впервые искали на карте. Настолько широкая, удивительная и настоящая география участников.
Люди снимали свои видео на телефоны, фотоаппараты, профессиональные камеры – неважно чем. Важно, что они снимали: любимые улицы, горы и реки, лица, которые невозможно забыть. Эти ролики сложились в живую карту России – пульсирующую, добрую, полную энергии.
Теперь именно зрители решают, какие истории будут звучать громче. На сайте конкурса ТОЧКА.РФ открыто голосова

Человек, который научил слова не мешать жизни

На столе пусто. Ни громких речей, ни позолоты, ни обязательного героя. Кто-то входит, кашляет, смотрит в окно, молчит дольше нужного. И в этой паузе вдруг становится ясно: главное уже произошло. Просто его никто не объявил вслух.

Письмо через улицу: день, когда в России запустили городскую почту

Представь Петербург начала XIX века. Город шумит, растет, торопится. Купцы заключают сделки, чиновники пишут бумаги, в домах оставляют записки и приглашения. И вдруг странная деталь: отправить письмо в Москву можно, а передать его через пару улиц – нет. Если нужно связаться внутри города, ты нанимаешь посыльного и надеешься, что он дойдет.

Индустриальная магия Севера: градирня, собранная как заклинание

Продолжаем рубрику «Забытые артефакты». Мы уже показывали Большое ухо Калязина, призрак Каспия и «радио Судного дня». Сегодня – место, где индустрия вдруг выглядит как искусство. Североуральск. И башня, которую не ждешь увидеть среди труб и цехов.
Она появляется неожиданно – как мираж. Высокая, ажурная, будто сплетенная из воздуха и тени. Деревянная градирня Североуральской ТЭЦ, построенная в 1948 году, поднимается на 46 метров и сразу берет на себя роль главной доминанты. Это не бетон и не металл – это лиственница, собранная в гиперболоид по проекту инженера Владимира Шухова.
Когда подходишь ближе, ощущение еще страннее. Каже

872 дня осады: как город выстоял и не забыл

27 января 1944 года – день, когда Ленинград вдохнул полной грудью. 872 дня город жил в осаде, считая каждую крошку хлеба, чувствуя холод и страх, и продолжая работать, учиться, любить. Этот день не просто победа в войне – это триумф человеческой стойкости и памяти о тех, кто не дожил, кто боролся, кто выстоял.
Мы идем по улицам современного Санкт-Петербурга и слышим эхо тех дней: пустые дома, звуки сирен, но вместе с тем – удивительная сила жизни, которая не сломалась. Блокада оставила глубокий след в сердцах жителей, но она также показала, что город способен на невероятное единство и мужество.
Сегодня памятники, мемориалы, музеи напоминают о цен

Космос сыграл на нервах, но подарил другое зрелище

Ну что, удалось тебе поймать тот самый смайлик в небе? Поднял голову, прищурился, навел камеру – и ничего? Не расстраивайся. Космос редко делает все по расписанию, зато почти всегда оставляет запасной ход.

Главный храм науки: из 1755-го в сегодняшний день

Ты выходишь из корпуса – и вдруг время делает шаг назад. 25 января, 1755 год. Москва еще не знает слова «университет», а на Красной площади, в здании Главной аптеки, уже читают первые лекции. Латынь звучит вперемешку с русским, студенты сидят в тяжелых кафтанах, а Ломоносов спорит, доказывает, настаивает: образование должно быть доступным, живым, настоящим.
Ты идешь дальше – и вместе с тобой движется век. Университет перебирается на Моховую, появляются типография и книжная лавка, выходят «Московские ведомости». В библиотеку можно зайти просто так, без титулов и разрешений. Здесь спорят о науке, читают журналы, печатают тексты, которые ме

Как журналист на «Москвиче» придумал Золотое кольцо – и почему сегодня оно стало больше

Золотое кольцо редко воспринимают как приключение. Чаще – как набор открыток: купола, монастыри, «обязательно к посещению». Но Золотое кольцо вообще не про города. Оно про время. Про то, как Россия однажды решила оглянуться на себя. Не в учебнике, не в юбилейной речи, а в дороге.
Сесть в машину, автобус или поезд – и поехать туда, где еще слышно, как страна училась быть собой. Где стены старше привычек, а колокольный звон звучит не для туристов, а потому что так было всегда.
Самое удивительное: у Золотого кольца нет даты рождения в летописях. Его придумал не князь и не министр, а человек с блокнотом и

В небе над Россией появится космический смайлик

Ты выходишь на улицу просто подышать вечером. Город шумит где-то внизу, окна загораются одно за другим, а небо вдруг делает паузу. Оно как будто собирается сказать что-то важное – и улыбается.
После захода солнца над Россией сложится редкая сцена: Луна, Сатурн и Нептун выстроятся в созвездии Рыб так, что сверху это будет выглядеть как настоящий смайлик. Две «точки» и дуга улыбки – аккуратно, тихо, без спецэффектов. Космос шутит тонко.
Самое приятное – это не явление для избранных. Смайлик будет виден по всей стране: от дворов многоэтажек до темных трасс и заснеженных полей. Хватит бинокля или камеры смартфона с увеличением, чтобы разглядеть э

Где город вдруг становится замком

Ты идешь по улицам города – и вдруг пространство меняется. Башни вырастают прямо из зимнего воздуха, за воротами скрипит снег, а стены будто помнят шаги стражи. На Городецком бульваре в Москве легко забыть, какой сейчас век. Парк выглядит как настоящий средневековый замок, собранный из сказки и морозного утра.
Крепостные стены тянутся вдоль дорожек, башни смотрят сверху, а входные ворота будто ждут гонца с вестью. Зимой здесь особенно хорошо: снег подчеркивает линии стен, тени ложатся как на гравюрах, и кажется, что еще немного – и из-за угла выйдет рыцарь или зазвенит металл доспехов.
Это не музей и не декорация – это место для прогулки и воображения.

Север без декораций: Нарьян-Мар как ворота в настоящую Арктику

Пока чемоданы летят к южному солнцу, мы разворачиваем маршрут в другую сторону – туда, где свет иной, воздух звенит, а расстояния измеряются не километрами, а выносливостью. Сегодня идем на север. Точнее – за Полярный круг. В Нарьян-Мар.
Это город, который стоит на Печоре и смотрит в сторону Арктики. До Баренцева моря отсюда всего ничего – около сотни километров, но по ощущениям кажется, что дальше уже только лед, ветер и небо. Здесь живут чуть больше двадцати тысяч человек, и каждый знает, что такое настоящая зима, от которой зависит целый регион.
Нарьян-Мар вырос не из столичного плана, а из необходимости. В начале 1930-х мал

Где караваны ушли, а горы остались: путешествие в Эльтюбю

Мы уже стояли среди каменных башен Даргавса, где тишина звучит громче слов. Уже бродили по улицам средневекового Экигала, где каждый поворот – как шаг в прошлое. И вот теперь маршрут ведет дальше, глубже в горы. Туда, где дорога сужается, небо становится ближе, а время будто замедляет шаг. Сегодня – Эльтюбю.
Это место не встречает громко. Оно раскрывается постепенно – как разговор с человеком, который сначала молчит, а потом говорит так, что запоминаешь навсегда. Эльтюбю лежит в верховьях Чегема, в окружении гор, словно в каменной чаше.
Когда-то здесь проходила одна из дорог Великого шелкового пути – и кажется, что память об этом д

Циолковский под пальмами: неожиданный русский Брисбен

Представь: пальмы, океан, яркое солнце и… памятник Циолковскому. Приветствуем тебя в австралийском городе Брисбен.
Город получил имя в честь Томаса Макдугалла Брисбена – британского офицера, губернатора и страстного астронома. Он исследовал звездное небо Южного полушария и открыл тысячи ранее неизвестных звезд. Неудивительно, что планетарий в Брисбене носит его имя. И вот здесь возникает неожиданный мост к России: прямо во дворе планетария стоит памятник Константину Циолковскому.

Святая вода большой страны: как в России отмечают Крещение

Россия замирает. От больших городов до маленьких сел, от северных рек до южных источников – страна встречает Крещение Господне, один из самых древних и значимых христианских праздников. В эту ночь и этот день вода становится не просто стихией, а символом обновления, света и начала.

Луч из прошлого: когда русская фантастика опережает физику

Представь: тонкая линия света. Не вспышка, не взрыв – именно линия. Она не разлетается, не гаснет, не рассеивается. Она идет точно туда, куда направили, и режет металл, камень, расстояние. Сегодня ты знаешь это слово – лазер. Он в медицине, в науке, в связи, в космосе. Кажется, что это история про XX век, лаборатории и формулы. Но на самом деле все началось гораздо раньше – на страницах романа.

Феникс на Петровской площади: история рождения Большого театра

Представь зимнюю Москву. 18 январь 1825 года. Мороз хрустит под колесами экипажей, фонари дрожат в сумерках, а к Петровской площади тянется поток людей – в мехах, мундирах, вечерних платьях. Город будто затаил дыхание: сегодня должно случиться нечто большее, чем просто премьера. Сегодня здесь ждут чуда.
В зале гаснет свет. Занавес поднимается – и ты видишь не сцену, а руины. Обломки, тени, тишину. И вдруг раздается голос. Гений России призывает:И на твоих глазах происходит невозможное – прямо на сцене из развалин вырастает новый театр. Не просто декорация, а знак. Символ того, что искусство у

Там, где легенды уходят под воду: Кезенойам

Если бы у тишины было имя, на Кавказе ее, возможно, звали бы Кезенойам. Ты едешь все выше, дорога сжимается, горы становятся ближе, воздух – холоднее и чище. И вдруг за очередным поворотом появляется оно. Не «озеро», а ощущение. Большое, спокойное, слишком красивое, чтобы быть случайным. Кезенойам не бросается в глаза – он будто ждет, пока ты сам замолчишь и посмотришь внимательно.
В солнечный день вода здесь светится почти нереальным голубым – как будто кто-то пролил краску между горами. А стоит подняться туману, и озеро исчезает, превращаясь в легенду. Его не видно, но оно чувствуется – холодом, эхом, странным покоем. Не зря местные говорят: Кез

Половина шакал, половина лайка: самая необычная собака России

После праздников хочется милоты и ни о чем не думать. И вот она – ровно в нужной дозе. Шабака, наконец-то. Знакомься: шалайка – редкая российская порода собак, гибрид шакала и лайки, выведенный в СССР. Звучит как шутка, выглядит как собака, работает как спецагент.
У шалаек феноменальный нюх и почти нечеловеческая выносливость. Они одинаково уверенно чувствуют себя и в мороз, и в жару, поэтому их берут туда, где важны точность, концентрация и холодная голова – в армии и службах безопасности.
Порода совсем молодая и по-настоящему редкая: во всем мире живет около сотни таких бась. Маленькая популяция, большая история – и внезапн

Воркута: город, где зима – не сезон, а образ жизни

Пока центральную Россию заносит снегом и это кажется катастрофой, где-то далеко на севере лишь пожимают плечами. Воркута живет в этом белом плену почти всегда. Город за Полярным кругом, самый восточный в Европе, где зима длится восемь месяцев, солнце – редкий гость, а снег может выпасть даже летом.
«Край света», «город вечной мерзлоты», «медвежий угол» – Воркута не обижается на прозвища. Она к ним привыкла.
Когда-то это была угольная столица страны, шумный и богатый город, выросший среди тундры и шахт. Его строили в нечеловеческих условиях, руками тех, чьи имена часто остались безымянными. Потом шахты закрылись, люди уехали, и Воркута нач