Зима 1730-х.

На Иртыше к старым юртам причаливает лодка с товарами — и люди, которые её везли. Через неделю в тайге уже не узнают соседские семьи: кто-то в ямке, кто-то с пузыристыми язвами на лице, дети исчезают с поля зрения.
Оспа пришла вместе с чужаками. Остюки — коренные жители Омского края — раньше с ней не встречались, иммунитета нет, лечить нечем. Старейшие записки и устные рассказы говорят не о статистике, а о домах, где не осталось ни одного старика, о женщинах с пятнами, от которых отвернулась община. Торговые пути, промысел, связки пушнины — всё это стало дорогой для вируса.
Поворот в том, что это не просто беда здоровья. Потеря людей — потеря знаний, охотничьих троп, языковых нитей. Болезнь меняла карту жизни: опустевшие стойбища, легкая дорога для экспансии, исчезнувшие песни и сказки.
Вывод короткий и современный: болезни ходят с нами в багаже. Маленькая защита — вакцинация, карантин, простая гигиена — может уберечь не только тела, но и целую культуру. А в вашей семье хранятся истории о старых эпидемиях или "оспинных" следах на лицах бабушек?