село Чигилек

В Нижегородской области под слоем обычной лесной почвы полторы тысячи лет прятался целый некрополь. Ни холмиков, ни камней, ни единого намёка на поверхности. Пока в 2025 году над этим местом не пролетел дрон с лазером на борту. Так начался один из самых громких археологических сезонов в современной России — и заодно вернулся из небытия целый народ, который когда-то торговал со Скандинавией и Багдадом. Народ мурома хоронил своих мертвецов в грунтовых могилах — без курганов, без насыпей, без каких-либо наземных отметок. За тысячу лет пахари перепахали землю, дожди размыли, а лес поглотил всё, что могло выдать местоположение захоронений. Классическая аэрофотосъёмка тут бессильна: густой подлесок на высоких речных террасах Оки скрывает любые складки рельефа. Искать муромские могильники старыми методами — примерно как разглядывать монету на дне мутного пруда. Специалисты Института археологии РАН решили поэкспериментировать с новыми технологиями. Над лесами Вачского района Нижегородской

В мае 2026 года весь мир обсуждает хантавирус. Пока вы думаете, что это где-то далеко в Азии или Америке, в российских больницах уже полные палаты. И виновата в этом — обычная серая мышь. В 2026 году мышиная лихорадка остаётся одной из самых недооценённых угроз для российских дачников, туристов и жителей частных домов. Эта статья — не для запугивания. Это инструкция по выживанию. Читайте внимательно: ошибка в уборке вашего сарая может стоить жизни. Хантавирус — это вирусная зараза, которую переносят полевки и мыши. В мире существует два страшных варианта этого вируса: Хантавирусный легочный синдром (ХЛС) — бьет по легким, убивает быстро. Летальность до 50%. Геморрагическая лихорадка с почечным синдромом (ГЛПС) — бьёт по почкам. Это наша, российская версия. Летальность до 15%. В России ежегодно регистрируют около 7 000 случаев заражения. И это только те, кто доехал до врача. ГЛПС занимает первое место среди всех природно-очаговых вирусных инфекций в стране. Ни вакцины, ни специфического