С момента формирования экипажа нашу лодку чудесным образом миновали любые возможные неприятности, как правило, сопровождающие любой другой строящийся корабль. Не было даже грубых проступков. Причем именно наш корабль первый из лодок проекта 671РТМ через несколько часов после выхода в первый поход в 1981 года обнаружил и вел длительное слежение за иностранной ПЛ, ведущей разведку в Авачинском заливе. В этом же походе мы «сняли с хвоста» нашего подводного ракетоносца вторую «иностранку», прилипшую к нему. Атомная подводная лодка «К-492» проекта 671РТМ была построена на заводе имени Ленинского комсомола (Комсомольск-на-Амуре) и вступила в состав дивизии осенью 1979 года. В начале 1980 года я был назначен ее командиром. Меня считали везунчиком, поскольку я дважды получал досрочно звание и быстро двигался по службе. Передавая мне корабль «по наследству», Игорь Иванович Гордеев, вложивший в подготовку экипажа всю душу, сказал мне: - «Это будет «счастливая щука», обрати внимание – тактический номер 492» (редчайший и единственный случай, когда первый бортовой номер совпал с тактическим). ВТОРОЕ ОТКРЫТИЕ АМЕРИКИ 492-й год – это год открытия Америки, и именно наша лодка в 1982 году вновь «открыла» Америку для советского флота, проложив путь к месту базирования 17-й эскадры ВМС США, к базе подводных ракетоносцев системы «Трайдент» – самому заветному, что было у наших заокеанских оппонентов. Именно ей удалось впервые обнаружить и отследить головную подводную лодку «Огайо» – главную козырную карту американской ядерной стратегической триады. Поход готовили совершенно секретно. Решение докладывал лично начальнику штаба Тихоокеанского флота (ТОФ) вице-адмиралу Рудольфу Александровичу Голосову. Переход в район боевой службы осуществляли курсом последовательных смещений, исключающими достоверное определение координат цели при обнаружении лодки береговыми и маневренными силами противника. Активно применяли отработанные схемы переключения механизмов – главных источников дискретных составляющих для ликвидации демаскирующих признаков. Сам район, подступы к заливу Хуан де Фука у западного побережья США были в зоне непрерывного противолодочного наблюдения. Более того, глубина около 100 м (при длине лодки 110 м), интенсивное судоходство и рыболовство, сильное течение создавали непреодолимые трудности в управлении кораблем, даже без противодействия противника. ОХОТА ЗА «ОГАЙО» Сначала я получил информацию о том, что в ближайшее время атомная подводная лодка с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) «Огайо» должна выйти на боевую службу. Следом получил второе: при обнаружении гарантированно записать гидроакустический портрет «Огайо». Было очевидно, что при таком сближении дальность взаимного обнаружения гарантирована. Так нас же могут обнаружить! -Да, могут. Так могут установить слежение и погоню, даже поднять! -Да, могут! Тогда меня снимут. -Да снимут, а ты не попадайся. Я впал в раздумье. Еще раз оценил район и зашел со стороны рекомендованного курса, где непрерывным потоком шли караваны судов. Не доставлю я вам и им такого удовольствия. Посоветовавшись с механиками, пришел к выводу, что комбинация режима «Тишина» и подбор максимально скрытого курса при сближении с «Огайо» позволят сблизиться с лодкой противника на 20 кабельтовых. Примерно за сутки до выхода ПЛАРБ в район прибыли два корабля береговой охраны Канады и США. Занял исходную позицию. Американцы, не подозревая о присутствии лодки ВМФ СССР в районе, вели себя безмятежно. За 12 час. до выхода ПЛАРБ появились самолеты ПЛО ВМС США. Темнело. Погрузились после очередного сеанса связи. Произвели переключение механизмов и расчет курса поиска и сближения. Выполнили гидрологическую доразведку, заняли позицию, остановили механизмы и электрические приборы, без которых можно обойтись, объявили режим поиска ПЛАРБ и более пяти часов находились в таком положении. Наступила ночь. ПЛАРБ «Огайо» была обнаружена на дистанции 180 кабельтовых. По расчету, расходились на дистанции 80 кабельтовых. Для достоверной записи шумов нужно сближаться на безопасную дистанцию. По расчетам, иностранная лодка вышла на 100-метровую изобату, командир ПЛАРБ продул балласт, всплыл в надводное положение. Тоже всплыли под перископ: огни большого города, все равно, что высунул голову из люка на Тверской улице в час пик. Все вокруг неслось и сияло. Наверху ясная звездная ночь, зыбь, лодка плохо держит перископную глубину – славная погода! Решил начать сближение с ПЛАРБ, маскируясь шумами идущих судов. Погрузился. До лодки противника дистанция 40,… 17 кабельтовых, ход шесть узлов, отчетливо слышно турбину, на спектроанализаторе – вально-лопастные составляющие, число винтов, число оборотов, число лопастей, записали акустический портрет лодки и, кажется, разговор американцев за переборкой. Цель увеличила ход до 17 узлов и включила бортовой имитатор шумов цели. Теперь мы слышали пронзительный скрип вала и широкополосный шум сухогруза. Но в спектре этого шума по-прежнему хорошо просматривались вально-лопастные составляющие «Огайо». Мы продолжали слежение на скорости 20 узлов. Нам боевым распоряжением предусматривалось с обнаружением ПЛАРБ каждые четыре часа доносить координаты слежения. Так предписывали документы при обнаружении лодки у своего берега. Здесь это было безумием. Я передал радио с просьбой перевести нас на 12-часовой сеанс связи и продолжил слежение. Мы благополучно сопровождали цель около 20 час. до района боевой подготовки, после чего по приказу командного пункта Тихоокеанского флота вернулись в район ожидания. ЗАГНАЛИ СУПОСТАТА В РЫБАЦКУЮ СЕТЬ В последующие дни дважды выходили на гидроакустический контакт и вели слежение за американской ПЛАРБ. Второй раз обнаружили лодку непосредственно на выходе из базы. После нескольких часов слежения ПЛАРБ вернулась на базу. Третий раз при развертывании ПЛАРБ на первую боевую службу настырная «К-492» опять стояла на ее пути. «Огайо», уклоняясь от нас, попала в сеть рыболовного траулера, намотала ее на винт и потеряла ход. Таким образом, начало патрулирования было заменено возвращением на буксире в док Бангора. Исторический первый выход на боевое патрулирование был сорван. Американцы считали, что в районе действует не менее трех лодок СССР, перекрывших выход в море с трех направлений. Это был тяжелый, но яркий успех: хорошо слаженный и подготовленный экипаж «К-492» трижды обнаружил и установил слежение за американским подводным ракетоносцем. Даже при наличии его солидной охраны наша лодка ни разу не подверглась обнаружению и преследованию. Позже, следом за нами, в этих краях вели успешный поиск шесть лодок 45-й дивизии, побывала там еще раз и «К-492» под командованием моего бывшего старпома О.М. Лобанова. И на этот раз «К-492» была с «добычей», которой стала ПЛАРБ «Флорида». Но это уже отдельная история. АТАКУЕМ АВИАНОСЕЦ В 1983 году по решению командования ТОФ меня, командира «К-492», направили в ранге заместителя командира дивизии старшим на борту ПЛА «К-305» на ее первую боевую службу. «К-305», которой командовал капитан 2 ранга В.К. Бондаренко, была также построена в Комсомольске-на-Амуре и прибыла в состав дивизии зимой 1982 года. Лодке из положения «боевой службы» была поставлена задача выйти на перехват авианосного ударного соединения (АУС) ВМС США в составе трех авианосцев, 28 кораблей различного назначения, тактической группы ПЛА с кораблем-ретранслятором. Все это обеспечивала базовая патрульная авиация. Это было начало учения американских ВМС на Тихом океане «ФЛИТЕКС 83-1». Через двое суток «К-305» собственными средствами поиска вышла на главную цель. В течение первых 10 суток скрытного слежения экипаж обеспечил себя всей классификационной информацией, позволившей выработать тактические приемы скрытного слежения и применения оружия из положения слежения. Сразу отмечу: все последующие обнаружения лодки силами АУС были умышленно инсценированы мной, как старшим на борту, для выявления противолодочной тактики американцев. Привожу выдержки из американского источника, журнала учета событий АУС: – «04.04. ПЛА «Лос-Анджелес» донесла о кратковременном контакте с подводной лодкой в 08.15 и в 08.45 по пеленгу 80 град. Донесение оставили без внимания»; – «06.04. Палубный самолет «Интрудер» с АВМА «Энтерпрайз» своей радиолокацией обнаружил выдвижные устройства подводной лодки». (Мы в это время находились на перископной глубине, не уклоняясь, и наблюдали все в перископ, выявляя тактику слежения вертолетами за ПЛА, получив очень интересные результаты. Лодка всплывала в 15–20 кабельтовых от авианосца и торчала под перископом там, пока ее не обнаружили.); – «07.04. В 11.50 вертолет «Си Кинг» с АВМА «Энтерпрайз» в 6 милях от авианосца обнаружил ПЛА и в 12.05, 12.14 и 12.34 нанес по ней условный удар. В 12.44 нанес удар второй вертолет»; – «В 13.05 контакт потерян, в 13.20 с помощью радиоакустического буя «Дифар» восстановлен, 13.28 – потерян,13.38 – восстановлен и вскоре потерян». Такой опыт уникален, и его можно было приобрести только в мирное время, выявляя действительные возможности противолодочных сил грозного авианосного многоцелевого соединения вероятного противника. Целесообразно привести здесь и выписку из отчета американского командования в зоне учений: «Проанализировав учение «ФЛИТЕКС 83-1», американская сторона пришла к выводу, что большие трудности в обнаружении и распознавании ПЛА создавали многочисленные узкополосные излучения от кораблей АУС, что порождало большое число ложных контактов, на доразведку которых постоянно отвлекались значительные силы и средства ПЛО. С 9 по 14 апреля было зафиксировано 300 донесений о контакте с ПЛА, но только семь из них с определенной долей вероятности можно было отнести к контактам с ПЛА». ПРОНИЗАТЬ СТРОЙ АРМАДЫ Американцы были уверены в своей неуязвимости и победе, но советские подводники нашли управу на морское супероружие, уничтожавшее Японию, Корею, Вьетнам и др. Было решено использовать единственный остававшийся в распоряжении подводников собственный тактический прием: снизу вверх, скрытно пронизать строй армады американских кораблей, прикрываемой авиацией. Эффект превзошел все ожидания. Из отчета командира АУС: «…действия ПЛА представляют собой вызов АУС США и системе SOSUS. Лодка оказалась неуязвимой и малошумной, а прогнозируемая дальность обнаружения ПЛА этого проекта оказалась в десятки раз меньше прогнозируемой: антенной TASS должна быть обнаружена на дистанции не менее 20 миль, а фактически две-три мили и то не достоверно. Антенны TAKTASS были малоэффективны даже при наличии на борту кораблей специалистов по акустической разведке из центра разведывательного обеспечения ВМС. Такой же результат и по системе LEMPS. На поиск и обнаружение лодки были брошены все силы АУС, включая тактику уклонения от слежения и маскировку». В истории «неуязвимых» американских авианосцев до этого не было ни одного случая столь безнаказанного слежения за главной целью! Заодно мы выявили тактику комбинированного применения всех сил поиска АУС для обнаружения советских подводных лодок. Используя технические приемы, разработанные экипажем «К-492», мы максимально снизили узкополосное излучение – дискретные составляющие гидроакустического поля ПЛА, благодаря чему мы лишили противника возможности использовать отличительные классификационные признаки, которые позволили бы ему своевременно выделить лодку в составе ордера. Американцы не смогли применить портретную методику слежения за советскими лодками, пользуясь библиотекой контактов с лодками первого и второго поколений. Командир АУС в этой связи указал в отчете: «Главный вывод – контроль над подводной обстановкой больше не обеспечивал АУС былой надежности и эффективности ПЛО». В результате учение ФЛИТЕКС было свернуто, а «К-305» продолжила поход согласно боевому распоряжению!!! Этот день, 7 апреля 1983 года, американцы назвали черным понедельником. Все попытки установить слежение за шестью (!!!) русскими подлодками, как вначале они оценили следящую «группировку» ТОФ, потерпели неудачу. Всего же за три недели «войны» на Тихом океане американцы потеряли преимущества, дававшие им право безнаказанно демонстрировать свое превосходство. Вот тогда мы и выиграли холодную войну, а они ее проиграли и стали искать ей замену.