Про страшное

Всю дорогу до бани бабка Куля провыла дуэтом с икоткой. Над заборами словно шляпки грибов торчали головы любопытных - Дуня заметила парочку незнакомых тёток в летах, худого мужика с прилипшей к губе козьей ножкой и плоский блин малинового Пипилюнчикового берета. Сестры Ипатьевны глазели на маленькую процессию из окна, и когда проходили мимо их дома - младшая, кривоглазая, распахнула форточку и поинтересовалась - «куда это они собрались?» - В баню, - Марыська была краткой. - В баню-ю-ю? Чего вы там забыли? Перед Крещением? В бане?? - кончик бабкиного носа задергался от любопытства. - Забыли. Агась, - Марыська задорно покрутила хвостом. - Можем и тебя с собой на сходку прихватить. Нашему колодезному в пару. Он давно себе старуху подыскивает. Ты как раз подойдешь. В ответ лишь глухо брякнула захлопнувшаяся форточка. Марыська рассмеялась, а Дуня спросила вполголоса - о какой сходке говорила коза. - Нынче же Крещенский сочельник. Банник с баенницей гостей принимать будут. Со всей округи

Друзья! Писала вчера продолжение Замошья и плавно вышла на завершение истории. Это самая длинная моя книга на сегодняшний момент- 510 327 тыс. знаков!🤦‍♀️ Вообщем, у нас осталась всего одна последняя глава. И ее финал зависит от вас :) Если вы хотите читать вторую часть истории сразу же - то я сделаю один финал. А если предпочитаете прерваться и отдохнуть от героев - то и финал будет другим. Камень преткновения - Минька. Помочь ему сейчас или перенести "на потом"? Я зависла, и очень надеюсь на вашу подсказку. Пишите, пожалуйста, в комментариях - что думаете? Как поступить? По итогам сделаю выводы - и завтра мы вместе поставим точку в первой части. И как всегда благодарю вас за добрые и позитивные комментарии, за поддержку, за донаты, за то, что регулярно приходите в гости! 💖

В записях ведьмы про соломенных кукол информация была подана скупо. Значилось мельком, что для серьезного колдовства нужно придать кукле форму перевязки - скрутить пучок соломы посередине, отдельно сплести руки-косички и привязать их к туловищу. Обязательно обозначить голову и шею, и вообще постараться придать фигурке приближенный к человеческому вид. М-да. Дуне, никогда раньше рукоделием не занимающейся, подобное описание ничего не дало. Проглядывая какой-нибудь мастер-класс в интернете, она, конечно же, справилась бы с работой. Да только где он, тот интернет, в Замошье? Ритуал оживления куклы был описан гораздо подробнее, но ни один из перечисленных способов Дуне не подходил. В куклу можно было подсадить беса - для пакостничества и извода будущей владелицы. Более сложный процесс (которым и воспользовалась когда-то Домна Адамовна) предполагал оживление чучела с помощью человеческого сердца. Лучше всего для этой цели подходило сердце некрещеного младенца. А если требовался взросл

Художник Юрий Сергеев Пока Дуня, торопясь и обжигаясь, ела густую овсяную кашу с магазинным вареньем, Марыська продолжила рассказывать про незадачливого мужа Панасовны. Остальные внимали с сочувствием, даже Поликарп Иваныч позабыл о еде и не замечал, как мышуха ловко таскает у него из тарелки засахарившуюся вишню. - Бывают оборотни родовые, а бывают - вынужденные. - неторопливо вещала коза. - Родовым для перевёрта ничего не нужно, а вынужденные используют якорек. Топор или там нож, вот как мужик Панасовны. Он ножик в пенек втыкал, кувыркался через него да волком по лесу рыскал. И ведь не по собственной воле, нет. Говорили, что его колдун попортил еще пацаненком. Озлился за что-то на его семью, ну и отомстил. Подарил особенный ножик. После того и началось. Как луна полнится - так дед ночью в лес. Побегает волком, а к утру домой. Панасовна знала. Терпела. А что делать? - Нужно было снять проклятье, - пробормотала Дуня, отодвигая опустевшую тарелку. Она не слишком прислушивалась к болт

- Ипатьевных принесло, - Марыську ничуть не взволновали крики из-за двери. - Уже успели насобирать сплетен по деревне. Открой им, Поликарпыч. Послушаем, что там с Ксанкой приключилось. Домовой вопросительно взглянул на Дуню и после ее кивка широко распахнул дверь. Ипатьевны мгновенно затихли и одна за другой робко просеменили в комнату. Две старшие сестрицы поклонились Дуне да принялись озираться по сторонам с жадным любопытством, а третья уставила на Дуню единственный глаз и неожиданно погрозила кулаком. - Сидит она! В деревне такое! Такое!! Святочницы давеча ходили! А теперь вот! Ксанка! - Святочницы и сейчас здесь. В старом амбаре отдыхают.  - Дуня проигнорировала вызывающий тон. - В амбаре! Да только туда не пройти! Фиодор как не пытался - не смог! И Фимка не пробилась! - Конечно не пробилась! - Марыська демонстративно зевнула. - Хозяюшка запор поставила. Чтобы глупостей не натворили! - Глупости! Как же! Людей нужда к ним гонит! От вашей хозяйки народу помощи никакой! - Утомила,

Картинка из Pinterest - Надо... Марыську прервал глухой стук в окно. Чья-то серая тень распласталась на стекле и сползла вниз широкой кляксой. За ней последовала и вторая, и третья. Кто-то прошелся по крыше, нарочито громко топая и пугая, прогудел в трубу: «Ву-ууу, вуу-ууу, вуууу...» - Помяни нечистого - и вот он вам, пожалте! Как чуяла, что припрется Ефимон. Теперь до завтра станет народ пугать. - Марыська подскочила к окошку, задернула тонкую занавесочку, прислушалась. Стук прекратился. Зато сильнее забахали шаги, словно над ними по крыше перемещался кто-то неповоротливый и тяжелый. - Ефимона веником погнать хорошо. Замочить веник в воде из растопленного лешакового следа, а после погнать. - шепнула Звездочка, покосившись на окно. - Из одной деревеньки бабка знатуха так его и отвадила. - Откуда знаешь? - Разговор слыхала. Икотка, что в старосте угнездилась, Аглае про это говорила. - Икотка соврет - недорого возьмет. Да и толку нам с той информации. В лес сегодня точно не попадем.

Художник Станислав Малярчук Остаток ночи Дуня провела, углубившись в записи ведьмы. Искала способ укротить святочниц. Волшебное стекло из шкатулки ей больше не понадобилось - слова сделались легко читаемыми и без него. Все благодаря крови Домны Адамовны, о чем не преминула сообщить Дуне Марыська. Она не отходила ни на шаг, всем своим видом демонстрируя неодобрение, но переубедить Дуню не пыталась. Только вздыхала артистично и обращаясь к Звездочке, громок жаловалась на то, что хозяюшка себя не хочет беречь. Кикимора невпопад поддакивала - было не до Марыськиного ворчания. Она задумала напечь к завтрашнему дню кокурок и занималась тестом. - А для кого кокурки-то? - высунулся из подпечья зевающий Поликарп Иваныч. - Колядующим на угощение. Ежели, конечно, придут. - Звездочка покосилась на Дуню и, встретив вопросительный ответный взгляд, пояснила. - В Замошье давно никто не колядовал, но подготовиться нужно. - По правилам делай, чтобы со ртом, - ворчливо подсказала Марыська. - А то я п

Художник Владимир Жданов Дуня напрасно тревожилась о том, как перенесет полет до Замошья. На нее накатили необъяснимое веселье и лихая удаль, едва ступа скакнула вверх. День уже успел перетечь в поздний вечер, бледными точками рассеялись по небу звезды, и Дуне захотелось посшибать с десяток себе на браслет. - Не выйдет, хозяюшка. - остудила ее пыл  Марыська. - Блазнятся звезды, дразнятся. А сами далеко, не дотянуться. Жаль, ты у Домны спички не прихватила. - Какие спички? - Которыми соломенного пожгла. Особенные они. Неужели не поняла? - Обычные вроде спички. - Как же, обычные. Заговоренные! У Домны обычного ничего нету. Такими спичками можно новую звезду зажечь. Было бы тебе развлечение. Стремительной точкой дорогу ступе пересекла летавица, прокричала что-то, хохоча и свалилась вниз, за деревья. Луна прокатилась по небу золотым яблоком. Подмигнула Дуне, и распалась надвое. Ветер подхватил, завертел одну половину, утащил с собой за дальний лес. Вокруг второй - узкого месяца с кор