Ольга Гаус

Когда барин приказал высечь Дуняшу прилюдно на конюшне, девушка не заплакала. Она стояла, привязанная к столбу, принимала удары кнута и молчала. Только сжимала кулаки так, что ногти впивались в ладони до крови. А когда развязали и она упала на колени, подняла голову и посмотрела барину прямо в глаза. Смотрела так, что тот отвёл взгляд первым. Это случилось в 1847 году, в имении помещика Ростовцева под Тамбовом. Дуняше было восемнадцать лет, она была дворовой крепостной, прислуживала в барском доме. Красивая, работящая, тихая девушка. Никогда не перечила, не жаловалась, делала всё, что велели. Обычная крепостная девка, каких сотни. Но в тот день что-то сломалось. Барыня обвинила её в краже серебряной ложки. Дуняша не крала – ложка потерялась сама, позже нашлась в другом месте. Но барыня не любила признавать ошибки. Она велела мужу наказать воровку. Барин Ростовцев был человеком слабым, жену боялся больше, чем Бога. Приказал пороть. Обычно крепостные после порки плакали, молили о пощаде,