Любовь Сосновская

Сегодня – день рождения Георгия Константиновича Жукова. О Маршале Победы написаны библиотеки, но есть детали его судьбы, которые говорят больше, чем парадные биографии. Будущий полководец начинал скорняком в Москве – выделывал меха. Работа тонкая, требующая терпения и внимания к мелочам. Те же качества потом проявятся в его военном искусстве: умение видеть картину целиком, не упуская ни одной детали. В Первую мировую Жуков дважды получил Георгиевский крест – солдатскую награду за личную храбрость. Не за планирование операций, а за то, что сам шёл в бой. Эту черту он пронёс через всю жизнь: никогда не требовал от подчинённых того, на что не был готов сам. После Великой Отечественной его, по сути, отправили в почётную ссылку – командовать второстепенными округами. Слишком популярный полководец был опасен для власти. Потом были хрущёвские опалы и возвращения. Жуков не жаловался – считал, что офицер должен служить, а не искать признания. Он написал мемуары, где впервые рассказал о в

Её имя знают и студенты, и те, кто давно вышел на пенсию. Татьяна Черниговская – доктор биологических наук, профессор, нейролингвист, одна из тех, кто умеет говорить о самом сложном так, что слушатели забывают о времени. В её словах нет заумной «научной мантры», наоборот – они полны жизни, метафор и даже юмора. Ей 78, но она сама – лучший пример того, что мозг действительно можно держать в форме до старости. Взгляд – ясный, голос уверенный, энергия – такая, что в зале не зевают даже студенты, привыкшие к смартфонам, а взрослые люди потом ещё долго пересказывают её лекции своим друзьям. «Создатель вложил нам в голову мозг, который можно сравнить только со Вселенной», – говорит она. И в этот момент кажется, что речь идёт не о сухих нейронах, а о поэзии человеческого существования. Развенчание мифов «Нервные клетки не восстанавливаются» – это выражение повторяют до сих пор, как заклинание. Черниговская только усмехается: «Я вообще не понимаю, откуда это взялось. Мы с коллегами до сих пор