Анатолий Попов

Младшая сестра требовала продать дом. Валентина пыталась ее переубедить: - Дом - наше единственное наследство от родителей, наша память... Как же его продать-то? Давай, что ли, в аренду сдавать будем, и доход, и дом сохраним... - Кому сдавать, рабочим каким-нибудь на вахте? Чтобы они тут общагу устроили? Валя, ты же первая взвоешь. И потом, нужны деньги сейчас, сразу. Мой... У моего мужа больные почки, ему нужна операция. Разговор зашел в тупик, как старая пластинка, заевшая на одной борозде. Полина в итоге ушла, хлопнув дверью, эта привычка у нее осталась с подросткового возраста. Валентина осталась одна в опустевшем доме, где каждая вещь кричала о прошлом. Она прошла по комнатам, трогая предметы, словно слепая, пытающаяся вспомнить лица. Вот папин письменный стол с цветным пятном, однажды она опрокинула краски, делая уроки, да те так и въелись в дерево. Папа тогда не ругался, только вздохнул и сказал: - Будет память. Вот мамина швейная машинка «Подольск», на ней было сшито немало их