Инесса005 Липовски25

1943 год. Август Ольга шла в сторону дома своей подруги Насти быстрым шагом. Она ушам своим не поверила, когда ей сказали, что та собирается покидать село. Как? Зачем? Почему? Эти три главных вопроса крутились у неё в голове. Неужто она вслед за своим мужем Николаем решила на фронт уехать? - Настя! Настя! - кричала она, входя во двор. Подруга вышла на улицу и, сдвинув брови недовольно, громким шепотом произнесла: - Ты чего шумишь? Что случилось? - Настя, а куда ты собралась? - Куда надо. Олька, не задавай вопросов, не нужно. - Отчего же? - удивилась Ольга. - Настя, ты разве не подружка мне родненькая? Разве были у тебя когда-то секреты от меня? - Откуда ты узнала, что я уезжаю? - Братец твой Прошка сказал. - Уши ему пообрываю! - пригрозила Настя. - И язык заодно, чтобы не болтал. - Ты к Коле, на фронт? А разве можно вот так запросто? - допытывалась Оля. - Да какой фронт? - с досадой ответила подружка. - Вот именно потому я и не говорила тебе ничего, вопросов этих не хотела. Настя

1391 год. Ночная степь пахла гарью. Горячий ветер гнал пепел, пепел вспыхивал миллиардом огненных мотыльков. Земля стонала и дрожала, старый пастух укрылся в заштопанной юрте от неведомой бури, юрта хлопала и ходила ходуном. Утром все стихло и к вечеру старик рискнул подняться на ближайший холм. За берегом Кондурча-реки лежали мертвецы до самого горизонта, укрытые шевелящимся ковром пирующих ворон. Старый пастух, прижал к груди посох и зашептал: "Когда Аллах оставит нас, Солнце взойдет, из земли выйдет Зверь и наступит конец времен". Зверь был уже здесь. Его звали Тамерлан. Золотая Орда, возникшая после Западного похода монголов, через 160 лет была похожа на позолоченный труп. Яса Чингисхана забыта, Монгольская империя распалась на части, покоренные не платили дань, чума унесла 20 миллионов жизней. К концу XIV века города Орды зарастали бурьяном, по Шелковому пути не шли караваны, а татарские ханы и степные вожди, резали друг друга. Ханы в Сарае менялись как перчатки: один свергал

Он шел по миру, как самум - раскаленный пустынный ветер, выжигая всё на пути. Его имя - Тимур (Железный), но история запомнила его как Тамерлана - Тимура Хромца. Хромота стала его символом: хромой волк, что загрызёт любого, кто посмеет усомниться в силе. Его империя простиралась от Дели до Смирны, от Волги до Персидского залива, но строилась не на мудрости, а на костях. И когда он умер, держава рассыпалась, как глиняный кувшин, разбитый копытом коня. 1336 год. "- Смотри на звёзды, Тимур, - говорила мать, обнимая младенца - Ты рождён под их светом. Ты станешь великим, как Чингисхан". Она не знала, что её сын уничтожит все наследие Чингисхана и сравняется с Великим Дедом в жестокости. Тимур родился в селении Ходжа-Ильгар, близ Самарканда, в семье небогатого вождя племени барлас. Унижения и зло, - вот что кормило душу Тамерлана. В 12 лет он дрался за кусок хлеба, в 16 убил первого человека. "Шакалы выживают. Львы - правят" - говорил Тимур. Ранение в ногу в 25 лет стало переломным. Хр

Глава 3. - Кутайся, а то околеешь. И платок… платок потуже, да быстрёхонько вертайся, а то щёки-то заморозишь, - наказывает Марфа. - Ага, матушка, я живо – до речки и обратно, - обещает Василиса и, взяв ведро, выходит из избы, а через открытую дверь клубится пар. Ермил медленно ест, поглядывая на Марфу. – Сколь не держи девку возле своей юбки, а всё к одному – замуж ей надо. Первая глава здесь: - Погоди Ермил Ерофеич, рано ещё, пусть выправится, а то одна худоба. - Худоба не помеха, были бы кости, а мясо нарастёт. Я к тому, Марфа Мефодиевна, что сколь не прячь от мужицких глаз, а красота – она и под платком, и под кожушком видна. Марфа присела на лавку, сложив натруженные руки на колени. – Берегу я её, пока могу, сколь Бог даст, столько и буду беречь. Обидели её… вот и прячу от зла. Разве же место ей здесь? Ладно, бабы вдовые, одинокие в чужой край подались, а ей-то