НАДЕЖДА К

​В российском шоу-бизнесе паника. Привычный уклад, где рука руку моет, а сор из избы не выносят, трещит по швам. И виной тому не экономический кризис, не смена законов, а один человек. Ярослав Дронов, он же Шаман, совершил непростительную для местной тусовки вещь: он озвучил то, о чем народ шепчется на кухнях уже много лет. Он сорвал маски с тех, кто привык учить нас жизни с экранов телевизоров, жалуясь на «тяжелую долю», пока их счета в офшорах пухнут от нулей. ​История, о которой сейчас гудят все кулуары — от Останкино до закрытых клубов на Рублевке, — это не просто скандал. Это начало конца старой эпохи. Давайте разбираться, почему Иосиф Пригожин потерял самообладание, зачем Дмитрию Маликову понадобилось прибедняться и как «старая гвардия» пытается уничтожить выскочку, который отказался играть по их гнилым правилам. ​«Жемчуг мелкий»: плач миллионеров на фоне народных зарплат ​Все началось с интервью, которое произвело эффект разорвавшейся бомбы. Ярослав Дронов, человек, который сде

Осенью 1996 года новость о похищении двухмесячной девочки от магазина в Тольятти потрясла всю страну. Тут же появилось множество слухов и домыслов на эту тему, все вокруг строили версии о том, кто мог это сделать и зачем, а молодые мамы по всей стране больше не оставляли своих малышей в колясках у входа в магазин или аптеку, опасаясь повторения истории. А жизнь Ольги Синельниковой, мамы девочки, та история разделила на «до» и «после», но это был вовсе не финал истории, он развернулся спустя почти четверть века. Если бы учительница младших классов Ольга Синельникова только могла предположить, как закончится тот роковой день 3 октября 1996 года, она бы ни на секунду не выпустила малышку из рук. Маленькая Маша родилась за два месяца до описываемых событий, а 5 октября 1995 года её должны были крестить. Планировалось пройти не только обряд в церкви, но и собрать по этому поводу родных и близких друзей семьи, поэтому мама Ольги приехала из Чебоксар заранее, чтобы помочь дочери и с малышкой

Она не пришла на его похороны, не сказала ни слова прощания человеку, с которым прожила 35 лет. Даже спустя десятилетия после развода, имя «Олег Табаков» для Людмилы Крыловой - запретная тема, душевная пропасть, которую она обходит за километр. Пока Марина Зудина, его вторая жена, борется с возрастом скальпелем и даёт интервью о «великой любви», первая супруга, та самая, что родила ему двоих детей и прошла путь от коммуналки до славы, живёт в тени. Но не в тени чужого успеха, а в тени собственного выбора - выбора не прощать. Ей 87, она сама водит машину и одна ездит в Кострому. Что она ищет в этих поездках - покой или избавление от боли, которая длится уже больше 30 лет? Всё рухнуло в один будний день, обычный – без каких-либо предзнаменований. Олег Табаков, народный артист СССР, основатель «Табакерки», вернулся домой не с гастролей, а с репетиции и сказал жене, Людмиле Крыловой, то, о чём она боялась думать, но что чувствовала много лет. «У нас есть другая женщина, я ухожу». По словам

Запах жареной картошки с луком витал на кухне, густой, уютный, домашний. Лидия Михайловна аккуратно разложила её по тарелкам, сверху положила по кусочку отварной курицы, посыпала свежим укропом. Два прибора. Два стакана с чаем, уже потемневшим от заварки. Всё как всегда, изо дня в день, тридцать лет подряд. За окном октябрьский вечер быстро поглощал последние жалкие отсветы дня, и в отражении в стекле она видела себя — женщину с мягкими, уставшими чертами лица, с сединой, уже не прятавшейся в каштановых волосах, убранных в небрежный пучок. Рутинная тишина квартиры была наполнена привычными звуками: тиканье кухонных часов, доносившийся из соседней квартиры через стену приглушённый голос диктора, гул холодильника. Ключ щёлкнул в замке, дверь со скрипом открылась и захлопнулась. Тяжёлые, усталые шаги в прихожей. Звякнула вешалка. — Ты? — крикнула она, не отрываясь от раковины, где мыла сковороду. — Я, — послышался глухой от усталости голос Василия Петровича. Он вошёл на кухню, сняв пиджак

Майю Булгакову нельзя было назвать классической красавицей. И играла она не романтических героинь, а чаще всего – женщин сложной судьбы: властных, строгих, с сильным характером. Мало кто из зрителей догадывался о том, что эта актриса с волевыми чертами лица покорила в жизни не одно мужское сердце. Она была настоящей роковой женщиной – ради Майи мужчины бросали семьи и переезжали в другие страны. Потеря отца и появление отчима Майя Булгакова в молодости Когда отец ушел на фронт, Майе было 9 лет. В семье подрастали еще двое детей – младшие брат и сестра, Майе нужно было о них заботиться, пока мама с другими женщинами работала на заводе. Отец так и не вернулся, хотя Майя еще долго ждала чуда – что он вот-вот появится на пороге и объяснит, что «похоронка» была ошибкой. Но чуда не произошло. Мама вышла замуж во второй раз – очень уж тяжело было поднимать троих детей в сложное послевоенное время. Майя так и не смогла полюбить отчима, хотя он относился к детям жены, как к родным. Едва оконч