Мои букволюбивые читатели жаждут узнать, как поживает мой знакомый мещанин, о котором я вам уже не единожды рассказывал. Тот самый, у которого на обычном парном молоке и картохе с салом, на удивление всему честному люду, вдруг уродился и возрос сын – философ.
Поскольку сынок оказался спелым не по годам не только в умственном, но и в физическом своём развитии, едва встретив свою семнадцатую весну, уехал он с обозом в Петербург, где был принят на учение в императорский университет. Учёные мужи, коим Государем было доверено ковать философский суверенитет родного Отечества, видя недюжинные способности юноши, весьма удивлялись его глубинным знаниям и способности самостоятельно размышлять о самых