петр козлов

Яркие огни Куршевеля, шампанское и сет от DJ Smash и Тимати ознаменовали для российской золотой молодежи встречу Рождества. Десятки, а возможно, и сотни миллионов рублей ушли на развлечения во французских Альпах. В это самое время в Белгородской и Херсонской областях гибли мирные жители. О чем же говорит этот разрыв между миром гламурных праздников и миром суровой реальности? Свое возмущение актриса и общественный деятель Яна Поплавская выразила в резком и эмоциональном посте. Пока обычные люди собирали средства для поддержки бойцов, представители золотой молодежи демонстративно сорили деньгами на дорогом курорте. По словам Поплавской, на помощь военным удалось собрать чуть больше миллиона рублей, а на развлечения в Куршевеле ушли десятки или сотни миллионов всего за несколько дней. Этот контраст Поплавская назвала циничным проявлением существования «двух разных миров». По ее мнению, подобные действия показывают оторванность и глубокий цинизм одного из слоев населения. Эмоциональный на

Утро было обычное, вязкое, как недоваренная каша. За окном стоял январь, тот самый, который ничего не обещает. Я сидел на кухне, пил чай, который уже остыл, и смотрел на трещину в стене. Трещина шла от потолка вниз, как линия судьбы. Жена ходила из комнаты в комнату, собирая сумку дочери, бормотала что-то про кружок, про опоздаем, про пробки. – Аккуратнее на дороге, – сказал я. – Ты как всегда, – ответила она. – Я не первый день за рулём. Дочь натянула шапку до самых глаз. Я поправил. – Не дергай, – сказала она. – Пусть видит, куда едет, – сказал я. Они ушли. Дверь хлопнула. Я остался один с краном, который плакал, как старик, и с ощущением, что день будет длинным. Через час телефон завибрировал. Не зазвонил, а именно завибрировал, будто боялся. – Ты где? – спросила жена. – Дома. Что случилось? – Он перекрыл дорогу. – Кто? – Да какой-то мигрант. Вылез, орёт. – Уезжай. – Я пытаюсь. Я услышал гудок. Потом ещё один. Длинный, злой. – Он поехал за мной, – сказала она. – Он улыбается. Это бы

Когда-то давно огромная страна замирала перед экранами, наблюдая за полетом этой миниатюрной женщины. Она казалась кем-то из другого измерения, где гравитация уступает место невероятной воле, а лед становится горячим от страсти и упорства. Люди бросали домашние дела, выключали кипящие чайники и запрещали детям громко дышать, лишь бы не пропустить тот самый момент триумфа. Ирина Роднина в те годы

Меня не раз спрашивают: почему Европа веками проявляет не просто предвзятость, но именно ненависть к России? И сегодня этот вопрос расширяется: почему та же ненависть вспыхивает и на постсоветском пространстве? Почему в Прибалтике, на Украине, в ряде других бывших советских республиках всё чаще звучит тезис, будто Россия — оккупант, а советская эпоха — это якобы история угнетения и колонизации? — задается вопросом известный историк Евгений Спицын. С точки зрения историка, свидетеля и исследователя этих процессов, я должен сказать: всё это — не историческая правда, а сознательная манипуляция, направленная на разрушение исторической памяти и легитимности русского мира, уверен Спицын и доказывает свою точку зрения на конкретных и стоических примерах. Начнём с того, что все те территории, которые вошли в состав Советского Союза, за исключением разве что Галиции, уже находились в составе Российской империи с XVIII века. Возьмём Прибалтику. Часть этих земель — Эстония и север Латвии — вошла