Лидия Курцова

– Мам, ты дома? А то я звоню, звоню, а у тебя вечно занято, словно ты не пенсионерка, а диспетчер на телефонной станции, – голос дочери в трубке звучал требовательно, с нотками плохо скрываемого раздражения. Нина Андреевна тяжело вздохнула, перекладывая трубку к другому уху. Она прекрасно знала, почему именно сегодня, двенадцатого числа, ее телефон вдруг стал таким популярным у родственников. Вчера принесли пенсию. Этот день в календаре ее дети, тридцатипятилетняя Лариса и сорокалетний Виктор, помнили лучше, чем день рождения собственной матери. – Здравствуй, Лариса. Дома я, где же мне быть. С тетей Валей разговаривала, у нее давление скачет на погоду. – Ой, мам, давай без этих медицинских подробностей, у самой голова раскалывается, – перебила дочь. – Мы сегодня с Витькой к тебе заскочим вечером. Часиков в семь. Ты там приготовь чего–нибудь, а то мы с работы, голодные как волки. И это... ты же получила? Ну, почтальонша приходила? – Приходила, – сухо ответила Нина Андреевна, глядя в окн