Виктор Медведев

Как человек, переживший в юности серьёзный конъюнктивит (две недели в тёмной комнате, капли, мази и очень много аудиокниг), я искренне завидую бочкоглазам. Ведь их глаза в некотором роде уникальны: им не страшны травмы, паразиты и любые инфекции, которые только могут принести воды Тихого океана. Как они этого добились? Вы сами сможете понять, если посмотрите на их глаза повнимательнее. Нет, не на те чёрные точки на морде — это ноздри. Смотреть нужно выше и глубже, на зелёные дольки странной формы, просвечивающие через прозрачную кожу. Это и есть настоящие глаза. К ним физически невозможно подобраться снаружи, поэтому ни один опасный паразитический червь или зловредный вирус не может им навредить. И это звучит настолько круто, что даже становится непонятно: а почему все остальные позвоночные до такого не додумались? Почему какие-то глубоководные рыбы догадались спрятать глаза за огромной прозрачной линзой, а люди, птички и лягушки вынуждены моргать по 20 раз в минуту, чтобы банально не

Когда европейские колонисты прибыли в Австралию, аборигены ничего не знали ни о какой медузе. Они просто знали, что иногда заходящие в воду люди испытывают всё усиливающуюся боль, а затем сходят с ума. Заражённые неведомой хворью шарахаются от каждой тени, не могут лежать спокойно и постоянно шепчут о неотвратимой опасности. К счастью, наваждение проходило вместе с болью. К несчастью, иногда оно уносило жизнь человека. И ни колонисты, ни их потомки на протяжении столетий не могли понять, почему их периодически так сильно корёжит в прибрежных водах. Лишь в 1964 году врач и токсиколог Джек Барнс поймал медузку диаметром всего в 2 сантиметра и дал ей себя укусить, чтобы достоверно определить принцип действия яда малышки. Так человечество узнало о существовании медузы ируканджи, а Джек получил внеочередную путёвку в больницу. К счастью, этого самоотверженного человека удалось спасти, и его девятилетний сын не остался сиротой. Чуть позже оказалось, что микромедуза не просто токсична и смерт