Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: 14 мар 2024
Фильтр
НИКОЛАЙ ДОБРОНРАВОВ
1928 - н.в.
Светит незнакомая звезда
Снова мы отоpваны от дома
Снова между нами гоpода
Взлетные огни аэpодpома
Здесь у нас туманы и дожди
Здесь у нас холодные pассветы
Здесь на неизведанном пути
Ждут замысловатые сюжеты
Hадежда - мой компас земной
А удача - нагpада за смелость
А песни довольно одной
Чтоб только о доме в ней пелось
Ты повеpь, что здесь издалека
Многое теpяется из виду
Тают гpозовые облака
Кажутся нелепыми обиды
Hадо только выучиться ждать
Hадо быть спокойным и упpямым
Чтоб поpой от жизни получать
Радости скупые телегpаммы
И забыть по-пpежнему нельзя
Все, что мы когда-то недопели
Милые усталые глаза
Синие московские метели
Снова между нами гоpода
Жизнь
1928 - н.в.
Светит незнакомая звезда
Снова мы отоpваны от дома
Снова между нами гоpода
Взлетные огни аэpодpома
Здесь у нас туманы и дожди
Здесь у нас холодные pассветы
Здесь на неизведанном пути
Ждут замысловатые сюжеты
Hадежда - мой компас земной
А удача - нагpада за смелость
А песни довольно одной
Чтоб только о доме в ней пелось
Ты повеpь, что здесь издалека
Многое теpяется из виду
Тают гpозовые облака
Кажутся нелепыми обиды
Hадо только выучиться ждать
Hадо быть спокойным и упpямым
Чтоб поpой от жизни получать
Радости скупые телегpаммы
И забыть по-пpежнему нельзя
Все, что мы когда-то недопели
Милые усталые глаза
Синие московские метели
Снова между нами гоpода
Жизнь
СЕРГЕЙ ЕСЕНИН
1895-1925
Жизнь — обман с чарующей тоскою,
Оттого так и сильна она,
Что своею грубою рукою
Роковые пишет письмена.
Я всегда, когда глаза закрою,
Говорю: «Лишь сердце потревожь,
Жизнь — обман, но и она порою
Украшает радостями ложь.
Обратись лицом к седому небу,
По луне гадая о судьбе,
Успокойся, смертный, и не требуй
Правды той, что не нужна тебе».
Хорошо в черемуховой вьюге
Думать так, что эта жизнь — стезя
Пусть обманут легкие подруги,
Пусть изменят легкие друзья.
Пусть меня ласкают нежным словом,
Пусть острее бритвы злой язык, —
Я живу давно на все готовым,
Ко всему безжалостно привык.
Холодят мне душу эти выси,
Нет тепла от звездного огня.
Те, кого любил я, отреклися,
1895-1925
Жизнь — обман с чарующей тоскою,
Оттого так и сильна она,
Что своею грубою рукою
Роковые пишет письмена.
Я всегда, когда глаза закрою,
Говорю: «Лишь сердце потревожь,
Жизнь — обман, но и она порою
Украшает радостями ложь.
Обратись лицом к седому небу,
По луне гадая о судьбе,
Успокойся, смертный, и не требуй
Правды той, что не нужна тебе».
Хорошо в черемуховой вьюге
Думать так, что эта жизнь — стезя
Пусть обманут легкие подруги,
Пусть изменят легкие друзья.
Пусть меня ласкают нежным словом,
Пусть острее бритвы злой язык, —
Я живу давно на все готовым,
Ко всему безжалостно привык.
Холодят мне душу эти выси,
Нет тепла от звездного огня.
Те, кого любил я, отреклися,
ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ
И снизу лёд и сверху — маюсь между,—
Пробить ли верх иль пробуравить низ?
Конечно — всплыть и не терять надежду,
А там — за дело в ожиданье виз.
Лёд надо мною, надломись и тресни!
Я весь в поту, как пахарь от сохи.
Вернусь к тебе, как корабли из песни,
Всё помня, даже старые стихи.
Мне меньше полувека — сорок с лишним,—
Я жив, тобой и Господом храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.
1980
И снизу лёд и сверху — маюсь между,—
Пробить ли верх иль пробуравить низ?
Конечно — всплыть и не терять надежду,
А там — за дело в ожиданье виз.
Лёд надо мною, надломись и тресни!
Я весь в поту, как пахарь от сохи.
Вернусь к тебе, как корабли из песни,
Всё помня, даже старые стихи.
Мне меньше полувека — сорок с лишним,—
Я жив, тобой и Господом храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.
1980
БОРИС ЧИЧИБАБИН
1950
А! Ты не можешь быть таким, как все, —
вертеться с веком белкой в колесе,
пахать надел, мять молотом металл,
забыв о том, что смолоду летал,
валить леса, где плачет соловей,
да морды бить тому, кто послабей,
да дело знать, да девок обнимать,
да страшным байкам весело внимать?
Не можешь так? Чего ж бы ты хотел?
Низвергнуть плоть? Перелететь предел?
Нет на земле меж городов и сел
того клочка, откуда ты пришел.
Он на звезде, что ты назвал Душой,
а ты везде последний и чужой.
Не хватит в мире горя и тоски,
чтоб ты узнал, как жить не по-людски,
и как роптать, что дал тебе Господь
со дней Адама проклятую плоть.
Мир состоит из женщин и мужчин,
а ты забыл свой мужеств
1950
А! Ты не можешь быть таким, как все, —
вертеться с веком белкой в колесе,
пахать надел, мять молотом металл,
забыв о том, что смолоду летал,
валить леса, где плачет соловей,
да морды бить тому, кто послабей,
да дело знать, да девок обнимать,
да страшным байкам весело внимать?
Не можешь так? Чего ж бы ты хотел?
Низвергнуть плоть? Перелететь предел?
Нет на земле меж городов и сел
того клочка, откуда ты пришел.
Он на звезде, что ты назвал Душой,
а ты везде последний и чужой.
Не хватит в мире горя и тоски,
чтоб ты узнал, как жить не по-людски,
и как роптать, что дал тебе Господь
со дней Адама проклятую плоть.
Мир состоит из женщин и мужчин,
а ты забыл свой мужеств
БОРИС ЧИЧИБАБИН
1949
Пока хоть один безутешен влюбленный, —
не знать до седин мне любви разделенной.
Пока не на всех заготовлен уют, —
пусть ветер и снег мне уснуть не дают.
И голод пока смотрит в хаты недобро, —
пусть будут бока мои — кожа да ребра.
Покуда я молод, пока я в долгу,
другие пусть могут, а я не могу.
Сегодня, сейчас, в грозовой преисподней,
я горшую часть на спине своей поднял.
До лучших времен в непогоду гоним,
таким я рожден — и не быть мне иным.
В глазах моих боль, но ни мысли про старость.
До смерти, любовь, я с тобой не расстанусь.
Чтоб в каждом дому было чудо и смех, —
пусть мне одному будет худо за всех.
1949
Пока хоть один безутешен влюбленный, —
не знать до седин мне любви разделенной.
Пока не на всех заготовлен уют, —
пусть ветер и снег мне уснуть не дают.
И голод пока смотрит в хаты недобро, —
пусть будут бока мои — кожа да ребра.
Покуда я молод, пока я в долгу,
другие пусть могут, а я не могу.
Сегодня, сейчас, в грозовой преисподней,
я горшую часть на спине своей поднял.
До лучших времен в непогоду гоним,
таким я рожден — и не быть мне иным.
В глазах моих боль, но ни мысли про старость.
До смерти, любовь, я с тобой не расстанусь.
Чтоб в каждом дому было чудо и смех, —
пусть мне одному будет худо за всех.
БОРИС ЧИЧИБАБИН
1977
Я плачу о душе, и стыдно мне, и голо,
и свет во мне скорбит о поздней той поре,
как за моим столом сидел, смеясь, Мыкола
и тихо говорил о попранном добре.
Он — чистое дитя, и вы его не троньте,
перед его костром мы все дерьмо и прах.
Он жизни наши спас и кровь пролил на фронте,
он нашу честь спасет в собачьих лагерях.
На сердце у него ни пролежней, ни пятен,
а нам считать рубли да буркать взаперти.
Да будет проклят мир, где мы долгов не платим.
Остановите век — и дайте мне сойти.
Не дьявол и не рок, а все мы виноваты,
что в семени у нас — когда б хоть гордый! — чад.
И перед чванством лжи молчат лауреаты —
и физики молчат, и лирики молчат.
Чего бояться им — увенчанны
1977
Я плачу о душе, и стыдно мне, и голо,
и свет во мне скорбит о поздней той поре,
как за моим столом сидел, смеясь, Мыкола
и тихо говорил о попранном добре.
Он — чистое дитя, и вы его не троньте,
перед его костром мы все дерьмо и прах.
Он жизни наши спас и кровь пролил на фронте,
он нашу честь спасет в собачьих лагерях.
На сердце у него ни пролежней, ни пятен,
а нам считать рубли да буркать взаперти.
Да будет проклят мир, где мы долгов не платим.
Остановите век — и дайте мне сойти.
Не дьявол и не рок, а все мы виноваты,
что в семени у нас — когда б хоть гордый! — чад.
И перед чванством лжи молчат лауреаты —
и физики молчат, и лирики молчат.
Чего бояться им — увенчанны
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту
49
- D KДакар
- Игорь СоловьёвСузун
- Ремонт Окон Новосибирск МаксимНовосибирск
- Олег Матросг. Бийск (Алтайский край)
2
- Уральские Пельмени512034 подписчика
- Здоровье и красота с LR23 подписчика