Георгий Цамалаидзе

Представьте себе сцену. Декабрь 1949 года. Москва, лютый холод, снег скрипит под сапогами охраны. В Кремле накрыт стол, от которого ломятся ножки: икра, дичь, лучшие вина и, конечно, водка. Сразу оговорюсь, я против употребления алкоголя, это разрушает организм и затуманивает рассудок, но из песни слова не выкинешь — советская дипломатия без тостов не существовала. И вот за этим столом сидит человек с каменным лицом. Мао Цзэдун. Он не ест. Он практически не пьет. Он смотрит на всё это великолепие с выражением, в котором читается не аппетит, а смесь презрения и настороженности. В исторических кругах этот эпизод часто превращают в анекдот. Мол, Великий Кормчий просто не любил русскую кухню, ему подавай острую хунаньскую лапшу с перцем, а не ваши пресные щи. Но давайте будем честными. Когда решаются судьбы мира, никто не воротит нос от тарелки только потому, что ему не нравится соус. Здесь дело было совершенно в другом. Это был не каприз желудка. Это была пощечина. Чтобы понять суть проис

Наполеон Бонапарт привык получать ключи от городов. В Вене, Берлине, Милане — везде его встречали делегации с подушечками, на которых лежали символы капитуляции. Император завоевывал Европу как шахматист: просчитывал ходы, ставил мат королям, принимал их покорность. А потом переходил к следующей партии. Россия разбила доску ему об голову. Здесь не работали правила. Здесь города встречали его тишиной, крестьяне сжигали собственный хлеб, а расстояния пожирали армию быстрее, чем казачьи пики. Заодно его удивило, что "варварская" Россия оказалась вполне себе европейской державой. Наполеон смотрел на карту Российской империи и видел линии. Дороги, реки, города — всё как в Пруссии или Австрии. Расстояние от границы до Москвы? Примерно как от Парижа до Вены. Он прошёл это за месяц в 1805 году. Значит, повторит. Реальность ударила его по лицу грязью. Буквально. Французские офицеры шутили в мемуарах, называя грязь - «пятым элементом» вместе с землей, водой, огнем и воздухом. Русская распути

Русские князья лично поехали смотреть на монголов перед битвой на Калке. Вернулись спокойные: обычные степняки, стрелки неплохие, но "похуже половцев". Через несколько дней эти "обычные степняки" разгромили объединённое русско-половецкое войско так, что выжили единицы. Что князья не увидели? Почему опытнейшие военачальники, знавшие войну от Европы до степей, так ошиблись? История битвы на Калке началась весной 1223 года. Половцы, разбитые монголами, прибежали к русским князьям с мольбой о помощи. Собрали коалицию. Мстислав Киевский, Мстислав Черниговский, Даниил Романович Галицкий повели войска в степь навстречу новой угрозе. Перед битвой князья решили лично разведать противника. Поскакали смотреть на тех самых монголов, о которых уже давно ходили слухи. Вернулись с чёткими выводами. Юрий Домамерич, опытный воевода, сказал: "Ратники они хорошие". Другие возразили: "Простые люди, хуже половцев". Мнения разделились, но никто не увидел смертельной опасности. Это были не "диванные эксперт

В начале XX века, чтобы стать легендой, не нужно было ни партийного билета, ни телеграм-канала, ни даже чистой биографии. Достаточно было тачанки, пулемёта «Максим» и умения говорить с крестьянами так, чтобы они шли за тобой не из страха, а из злости на окружающую действительность и надежды на лучшую жизнь одновременно. Он не выигрывал выборы — он их просто отменил. Не писал конституций — их за него писали степь, голод и гражданская война. Пока одни делили власть в кабинетах, он перекраивал карту своей страны прямо на ходу, между рейдами. А потом история сделала свой любимый фокус: выключила романтику и включила реальность. Как человек, который строил государство без государства, оказался винтиком в самом обычном капиталистическом механизме — и почему это, пожалуй, самый честный финал всей Гражданской войны. Махно построил армию на добровольных началах, без расстрельных команд и заградотрядов. Его бойцы воевали не за мировую революцию, а за конкретные вещи: землю, право жить без пом

В 1922 году отгремели последние выстрелы Гражданской войны. 3 апреля на должность Генерального секретаря ЦК РКП(б) был назначен Иосиф Виссарионович Сталин. На первый взгляд вполне рядовое событие, но сыгравшее ключевую роль в жизни огромнейшей державы. К тому моменту Ленин был тяжело болен, и мало принимал участие в политической жизни. Все дело в том, что в партии не было единого мнения о том, что делать дальше. И Сталин воспользовался разногласиями и сыграл на противоречиях, постепенно прибирая власть в свои руки. Сталин был назначен практически сразу после XI съезда, который прошел в марте 1922 года. Следует отметить, что Ленин в работе этого съезда практически не принимал участия. А вот как прокомментировал это событие главный противник Сталина Лев Троцкий: Когда на ХI cъезде Зиновьев и его ближайшие друзья проводили кандидатуру Сталина в Генеральные секретари с задней мыслью использовать его враждебное отношение ко мне. Ленин, в тесном кругу возражая против назначения Сталина гене

Представьте: 26 тысяч убитых за один день, крепость с тремя линиями обороны взята штурмом без многомесячной осады, один из величайших триумфов Российской империи в целом и Суворова в частности. А теперь откройте турецкий школьный учебник истории — и не найдёте там почти ничего. Одна строчка. Ни описания боя, ни анализа причин, ни имён героев. Только сухая констатация, что крепости пали. Всё. Занавес. Одно из самых масштабных сражений XVIII века растворилось в турецких учебниках истории. Давайте посмотрим, как описывают русско-турецкую войну в турецких учебниках, что думают о Суворове и о последствии поражения для своей страны сами турки. Причины войны Турки описывают войну с Россией, как вынужденную и оборонительную. Турецкие учебники объясняют причины войны так: «Императрица Екатерина II, заключила соглашение с Австрией с целью разрушить и поделить Османскую империю. А в Стамбуле посадить византийского императора». То есть война представлена как оборонительная. Турция защищала