Антонина Суворова

— Ну что бедолажка, опять сидишь?, — ласково обратилась Татьяна к тощей кошке, которая тихо сидела в углу под лестницей, мучительно вглядываясь в людей, входящих в подъезд. Кошка почти не отреагировала. Не замурлыкала, не встрепенулась. Лишь напряженно сфокусировала на Татьяне свой затравленный взгляд. По нему было ясно: жизнь у бедной кошки тяжелая. Женщина уже несколько дней гостила в поселке у мамы – куда приехала в отпуск из города. В первый же день её внимание привлекло худое, изнурённое животное, основавшееся под лестницей старого подъезда. Кошка сидела там тихо-тихо, будто старалась стать невидимой. Её подавленный взгляд выдавал, что животное живет в постоянном ожидании опасности. Кошка выглядела не просто истощенной, а какой-то измотанной, больной. Даже двигалась вяло, будто не до конца понимая, что происходит вокруг. На миг Татьяне показалось, что она вообще глухая. Но стоило однажды поставить под лестницей миску с кормом, как бедняжка ожила. Она мгновенно почуяла еду и жадн

Стоял серый весенний и безветренный день. Воздух был тих и неподвижен, из-за чего старинный некрополь казался местом, остановившемся во времени. Школьницы Юля и Марина заглянули сюда после урока истории. Им казалось интересным посетить место, где нашли последний приют известные люди, о которых учитель рассказывал на уроке, посмотреть на красивые старинные изваяния и прочесть памятные эпитафии, часто очень точно выражавшие путь земных деяний человека. Осторожно переговариваясь, девочки гуляли среди каменных скульптур, разглядывая потемневшие от времени кресты и фамильные часовни. В таких местах всегда кажется, будто даже воздух хранит чужие истории - старые, часто очень удручающие и почти забытые. Вдруг одна из них, вздрогнув, остановилась. - Ты слышала? - спросила она у подруги, напряженно оглядываясь. Вторая тоже замерла. - Воет кто-то? Господи, Юля, как страшно, пойдем отсюда.... Сначала звук показался игрой воображения. Скрипом дерева или тонким завыванием ветра, попавшего в бут