Юрий Протопопов

Если бы Чеширский кот вдруг оказался не в «Алисе», а в советской стенгазете, он бы наверняка улыбался так, как это умеют герои Валерия Тарасенко. Его улыбка всегда чуть шире, чем нужно, и за ней скрывается не просто шутка, а намёк, который понимает каждый. Тарасенко умеет строить такие образы, что зритель неизменно смеётся и в тот же момент ловит себя на мысли: «А ведь это необычный взгляд на мир!». Сегодня в «Мире комиксов» вас ждёт история карикатуриста, который однажды подменил редактора армейской стенгазеты и уже не смог остановиться. С тех пор прошло несколько десятилетий, тысячи рисунков и десятки выставок, но его юмор остаётся свежим и узнаваемым. У Тарасенко особый дар работать с простыми, почти мультяшными образами. Его персонажи намеренно преувеличены: крупные носы, широкие улыбки, вытянутые фигуры. Эта гипербола делает их не только смешными, но и легко узнаваемыми. Достаточно одного взгляда, чтобы уловить настроение рисунка. Главное в его стиле — умение поймать абсурд в пов

Если бы Чеширский кот вдруг оказался не в «Алисе», а в советской стенгазете, он бы наверняка улыбался так, как это умеют герои Валерия Тарасенко. Его улыбка всегда чуть шире, чем нужно, и за ней скрывается не просто шутка, а намёк, который понимает каждый. Тарасенко умеет строить такие образы, что зритель неизменно смеётся и в тот же момент ловит себя на мысли: «А ведь это необычный взгляд на мир!». Сегодня в «Мире комиксов» вас ждёт история карикатуриста, который однажды подменил редактора армейской стенгазеты и уже не смог остановиться. С тех пор прошло несколько десятилетий, тысячи рисунков и десятки выставок, но его юмор остаётся свежим и узнаваемым. У Тарасенко особый дар работать с простыми, почти мультяшными образами. Его персонажи намеренно преувеличены: крупные носы, широкие улыбки, вытянутые фигуры. Эта гипербола делает их не только смешными, но и легко узнаваемыми. Достаточно одного взгляда, чтобы уловить настроение рисунка. Главное в его стиле — умение поймать абсурд в пов