Татьяна Артюхова(яшникова)

Бывало у вас такое? Стоишь в храме, пытаешься сосредоточиться на своей жизни, на ошибках, а внутри – тишина. Не чувствуешь ни боли, ни сожаления, ни желания заплакать. Сердце будто бы «сухарем скрипит в груди». Ты понимаешь умом, что нужно каяться, хочешь этого, а вот той самой щемящей, очищающей печали – нет. И от этого становится еще страшнее: а вдруг мое покаяние – фальшивое? Вдруг я не могу по-настоящему? Протоиерей Андрей Ткачев, отвечая на такой же вопрос, говорит очень важную вещь: мы часто думаем, что покаяние – это что-то, что мы можем «выдавить» из себя по желанию. Как крем из тюбика. Захотел – и вот оно, сокрушение, и слезы. Но если тюбик пуст, то давишь, давишь, а результата нет, только пустота. Так и с душой. Можно измучить себя, пытаясь вызвать эмоции, но остаться с сухими глазами и холодным сердцем. Отец Андрей напоминает нам удивительную мысль: настоящее, глубокое покаяние – это не наша самодеятельность, а дар Божий. Слезы сокрушения – это подарок, который Бог дает чело