Любовь Герасименко

«Деревни вымирают, всё зарастает, молодёжь бежит в города» — это я слышу от людей, которые дальше объездной своего мегаполиса не забирались. У меня перед глазами совсем другая картина. За последние несколько лет поля вокруг снова ожили: их обрабатывают, борщевик травят, в старых коровниках вставляют окна. Рядом с заброшенными теплицами советской постройки выросли новые — и теперь там продают огурцы и зелень. Да, есть деревни с тремя доживающими домами. Я в таких бывала. Но есть и те, где огороды ухожены, бабушкины избы перестраивают, и люди едут сюда не от безысходности, а потому что хотят. Граница Тверской и Московской областей, 160 километров от Москвы. Не медвежий угол, но и не элитное Подмосковье — самая обычная деревня чуть больше сотни человек. Из инфраструктуры: магазинчик-сельпо с непредсказуемым расписанием, автобус семь раз в день и автолавка пару раз в неделю. Никаких круглосуточных магазинов, кофеен, кино. Сельский клуб заброшен. И знаете, эта оторванность меня не тяготит —