Людмила Воробьева

Половина огородников использует фитоспорин неправильно. Не потому что невнимательно читают — инструкция по применению фитоспорина написана на упаковке вполне понятно. Но между "развести и полить" и "заставить препарат работать" — огромная разница, о которой производитель молчит. Я узнала об этом не сразу, и несколько сезонов потратила впустую. Главное, что нужно понять про фитоспорин: это не химия. Это живой организм — культура бактерий Bacillus subtilis, сенная палочка. В пасте она находится в законсервированном состоянии, в спячке. И вот здесь начинается самое важное: живой организм требует совсем другого обращения, чем химический препарат. Химию можно развести в горячей воде, оставить на солнце, смешать с чем угодно — она от этого не перестанет работать. С фитоспорином каждая из этих ошибок убивает препарат полностью. И человек честно поливает огород мертвой жидкостью, искренне недоумевая, почему нет результата. Фитоспорин — это живые бактерии, и обращаться с ним нужно как с живым с

Характерной чертой нашего времени является необходимость доказывать очевидное. Это очень трагичный симптом. Очевидно, что матерная брань — это плод глубокой обезбоженности нашего народа. Мы, конечно, хотим хвалиться и называться Катехоном и Святой Русью, но на самом деле матерная брань — это вид антимолитвы. Вся нецензурная лексика в основном состоит из наименований половых органов, мужских и женских, в их сложных сочетаниях, конечно, с пожеланием того или иного нехорошего состояния тому, кого не любишь. Это, по сути, словесная порнография и словесный эксгибиционизм. На средневековых гравюрах, иконах и рисунках можно видеть один любопытный сюжет: бесы изображаются как существа с несколькими лицами. Одно из лиц у них находится на голове, но есть и второе — в области паха и зада. Цель молитвы — свести ум в сердце, а бесовское состояние — это пребывание умом в паху. И когда человек постоянно практикует матерную речь, она заходит глубоко в подсознание. То есть голова обрушивается в область