Заходишь в глаза.
Глаза, как хрустальный зал. Такими глазами смотрят на образа.
В прожилках ресниц холодная бирюза. Ныряешь в зрачок, и свет остается за тяжелой портьерой…
А ты – у нее внутри.
Пустых коридоров путаный лабиринт, под каменным сводом лучина едва горит, ты слышишь своих шагов напряженный ритм, спускаешься ниже – в опасную глубь ее, и воздух почти осязаем, гудит и бьет, и вдох проникает медленно, как копье…
Но то, что ты ищешь – дальше. Идем, идем. Седые ступени от сырости чуть блестят, ты в недрах ее беспомощен, как дитя. Летучие мыши из темноты свистят.
Ты знаешь, ведь память не рада таким гостям. Ты слишком рискуешь, ты далеко идешь… Безмолвные стены чувствуют эту