Татьяна Жукова-Истокина

В один из выходных дней 1934 года в ленинградский парк вошла странная девочка. На ней было короткое платье, сандалии на босу ногу и косички. Девочка подошла к компании мальчишек, игравших в лапту. Один из них, жуя бутерброд, лениво кинул ей биту: "Поиграй за меня, пока я ем". Новенькая неуклюже взмахнула битой, промахнулась раз, другой. Пацаны, недолго думая, накинулись на неё и начали тузить, повалив на землю. От серьезной трёпки её спасла парковая садовница: она разогнала хулиганов, вытерла перепачканное лицо пострадавшей и дала ей мягкого пинка для ускорения, велев не реветь и бежать домой к маме. "Девочка" не заплакала. Она отряхнулась и пошла на телеграф. Там она отправила в киностудию короткое сообщение: "Я согласна играть в вашем фильме. Срочно высылайте сценарий. Янина". Этой "школьницей" была 25-летняя актриса Янина Жеймо, у которой дома уже росла собственная четырехлетняя дочь. Она специально устроила этот эксперимент, чтобы проверить, поверят ли ей настоящие дети, если она в

В мире кино, где романы вспыхивают и гаснут как спички, история Леонида Куравлёва выглядит почти фантастикой. Пока коллеги коллекционировали увлечения, народный артист больше полувека любил одну женщину. Каток, где началось всё Зима 1952 года. Шестнадцатилетний Лёня Куравлёв пришел на каток покататься. И увидел её. Тоненькую девчонку-семиклассницу, которая скользила по льду так легко, словно порхала. Куравлёв замер. Забыл, зачем вообще сюда пришёл. Нине было тринадцать с половиной. Она даже не заметила парня, который стоял и смотрел на неё. Покаталась — и ушла домой. А Леонид понял: вот она. Та самая. Подойти не решился. Пришлось выяснять, в каком классе учится девочка, где её можно встретить. Через год их пути снова пересеклись — и знакомство состоялось. Студент ВГИК, который не замечал красавиц Пока однокурсники во ВГИКе крутили романы направо и налево, Куравлёв хранил верность своей Нине. Даже не флиртовал. Словно не замечал, когда девушки смотрели на него с интересом. Никто не до

В 50 километрах от Минска находится одно из самых пронзительных мест в Беларуси — мемориальный комплекс “Хатынь”. Его невозможно назвать просто достопримечательностью — это место, где память говорит громче любых слов. Весной 1943 года в Беларуси активно действовали партизанские отряды, нанося удары по немецким оккупантам. Рано утром 22 марта один из таких отрядов обстрелял немцев, ремонтирующих поврежденную телефонную линию. Среди погибших оказался капитан Ганс Вёльке — олимпийский чемпион по катанию ядра и личный знакомый Гитлера. В ответ фашисты решили жестоко отомстить. Преследуя партизан, в деревню Хатынь вошёл карательный батальон «Дирлевангер». После перестрелки партизаны смогли уйти в лес, и выместить свое зло фашисты решили на беззащитных мирных жителях. Все население деревни Хатынь — в основном детей, женщин и стариков — согнали в сарай и подожгли его. Тех, кто пытался спастись, расстреливали из пулемёта на месте. В тот день погибли 149 человек, среди них 75 детей и подростков