Владимир Житников

Я стояла по щиколотку в талой воде, сочившейся сквозь щели бетонного пола, и смотрела, как в окнах моей собственной квартиры зажигается теплый желтый свет. Там, в кухне, у горячей батареи, мой муж Игорь наливал чай своей мамочке и наверняка улыбался, рассказывая, как ловко они провернули операцию «Сарай». Моя кошка Марта, засунутая в старую переноску, жалобно мяукнула, и этот звук резанул по сердцу сильнее мартовского ветра, задувающего под рассохшуюся дверь. Всё произошло стремительно, как в дурном сне. Утром я была хозяйкой двушки в новостройке, купленной на мои кровные, заработанные в три смены на ногах, а к вечеру стала бездомной приживалкой в сарае на задворках собственного участка. Ключи у меня отобрали, когда я вернулась с рынка. Свекровь, Вера Степановна, стояла на пороге, уперев руки в необъятные бока, и шипела, как проколотая газовая труба: — Чего встала, глазами хлопаешь? Иди вон в пристройку, быдло везде выживет, а нам с сыночком лишняя грязь в доме ни к чему. Игорешень