станислав власюк

Покорив почти всю Европу, Наполеон Бонапарт вошёл в Россию с уверенностью человека, привыкшего побеждать. В 1812 году его армия считалась сильнейшей на континенте, а сам император — военным гением, которому просто не с кем тягаться. Немногие осмелились бы бросить ему вызов. И всё же, продвигаясь вглубь России и наблюдая, как русские войска упорно отступают, Наполеон всё чаще ловил себя на тревожных мыслях. Он гнал их прочь, но где-то внутри уже догадывался: эта кампания закончится иначе, чем все предыдущие. Решающая схватка произошла у небольшой деревни Бородино. Сам Бонапарт позже назовёт её «битвой гигантов». Более четверти миллиона солдат, тысячи пушек, непрерывный грохот канонады — Европа ещё не видела сражения такого масштаба. Именно здесь должен был решиться исход всей войны. После вторжения французов русская армия методично отходила к Москве, избегая генерального боя. Это раздражало и французских маршалов, и русских офицеров: обе стороны жаждали крупного столкновения, которое р

В советском кино маки — французские партизаны — сражались с немцами так масштабно, что впору позавидовать. Зрелищные бои, героические рейды, взрывы мостов. Мы знали про эскадрилью "Нормандия-Неман". Гордились французами, которые воевали в составе Красной армии. Но почему никто не говорил о другой цифре? За Гитлера сражалось французов в пять раз больше, чем против него. Причём добровольно. Франция продержалась ровно 42 дня. С 10 мая по 22 июня 1940 года вермахт прошёл страну насквозь. Танковые колонны Гудериана двигались так быстро, что пехота не успевала за ними. Французская армия — третья по мощи в Европе — рассыпалась как карточный домик. 22 июня в Компьенском лесу подписали капитуляцию. В том самом вагоне, где в 1918-м Германия признала поражение. Гитлер специально велел его отыскать и привезти. Символическая месть удалась идеально. Через три недели, 10 июля, на курорте Виши создали новое правительство. Во главе — 84-летний маршал Анри Петен, герой Первой мировой. Его лозунг звучал

7 апреля 851 года от основания Рима (98 год нашей эры) — или 1250 год в летоисчислении нового мира. Туман, висевший над Рейном, был не дыханием утра, а дымом погибели. Он полз по земле, как чёрный змий, обвиваясь вокруг обугленных останков деревень, где когда-то пели петухи, а теперь молчали даже вороны. В этот день, когда весна ещё не набрала силы, а зима не успела отступить, началось то, что позже назовут Переломом на Рейне. Вильгельм Голландский, лорд земель между морем и холмами, поднял меч. Его призыв прокатился по долине, как гром над горами. От Гааги до Фрайбурга — от морских болот до лесов Шварцвальда — князья, епископы, графы и даже свободные города откликнулись. Мужчины, чьи деды рубили дрова и пахали землю, теперь надевали гамбезоны, натягивали кольчуги, брали в руки мечи и арбалеты. Армии формировались под знамёнами лордов, чьи предки строили замки на костях римлян. Сам Вильгельм собрал тридцать тысяч воинов — из Нидерландов, из Мюнстера и Оснабрюка, из Текленбурга и Арнсбе