николай кошелев

То, от чего сегодня морщатся, когда-то было силой и спасением Сегодня прилавки ломятся от деликатесов с названиями, будто их сочиняли на конкурсе креативной еды: «колбаса из фисташек», «паштет с манго», «сосиска с семенами чиа». Всё выглядит красиво, стоит дорого, но пользы — с гулькин нос. А рядом на нижней полке, где-то в тени ламинарии и скумбрии, лежит она — ливерная. Серая. Простая. Немодная. И почти все проходят мимо. Морщатся. Презрительно улыбаются. Говорят: «Фу». И совершенно зря. Потому что эта «фу» спасала здоровье, восстанавливала силы, кормила после операций и входила в медицинские пайки. Да-да, раньше это была не “еда для бедных”, а настоящий “функциональный продукт”, как бы мы сегодня сказали. Советский человек не выбирал еду по этикетке и моде. Он выбирал то, что работает. А ливерная — работала. Её ели в армии, на заводах, в профилакториях, санаториях и даже в больницах — не потому, что было «дешево», а потому, что было полезно, сытно и натурально. «Не было денег — был