Ева Зайцева

Пирожки-посикунчики — это не просто еда, это целая история, пришедшая к нам из уральской кухни. Название говорящее: от слова «сечь», «посекать» или от того, как сочное мясо «сечет» (щекочет) язык. А еще говорят, что когда их ешь, сок так и посикивает во все стороны — отсюда и «посикунчики». Представьте: маленькие, почти пельменного размера пирожки из тончайшего, почти прозрачного теста, внутри, сочнейший фарш с луком, а сверху, хрустящая, золотистая корочка. Их едят однозначно руками, обжигаясь, причмокивая и вытирая подбородок. Готовы? Тогда поехали! Ключевые секреты успеха: Тесто должно быть мягким и эластичным, как мочка уха. Оно не рвется при раскатке. Фарш — по максимуму сочный. Достигается обилием лука и бульона/воды. Жарить в большом количестве масла, почти как во фритюре. Это создает ту самую пузырчатую, хрустящую корочку. Рецепт уральских посикунчиков Ингредиенты: Для теста (проще некуда): Мука пшеничная — 500 г (и еще немного для подпыла) Вода горячая (около 70-80°C

Деревня Ключи стояла на самом краю леса, и дальше, за последними огородами, начиналась тайга — глухая, тёмная, полная звериных троп и нехоженых чащоб. Здесь, в этой деревне, в самом крайнем доме, жил Степан Фомич, семидесятилетний старик, которого все звали просто дед Степан. Он был вдовцом, дети давно разъехались по городам, и коротал он свои дни в тишине, среди скрипучих половиц и старого, рассохшегося крыльца. Единственной живой душой в его доме была Жучка. Обычная дворняга, каких тысячи по деревням, — лохматая, с висячими ушами и добрыми карими глазами. Жучка появилась у Степана лет восемь назад, сама прибилась щенком, замёрзшая и голодная. Он тогда вышел утром во двор, а она сидела под крыльцом и дрожала. С тех пор так и жили. Жучка была не охотница, не сторожиха — просто друг. Спала в сенях, провожала хозяина до колодца, встречала радостным лаем, когда он возвращался из леса с грибами. В тот день, в конце апреля, когда снег уже почти стаял и дороги развезло в непролазную грязь