Сергей Никитин

Последствия ударов ВСУ в Туапсе – это трагедия. Экологическая катастрофа. Мы это знаем. Власти начали догадываться. Волонтёры делают всё возможное, чтобы устранить ущерб. Большое федеральный десант тоже высадился на место. Однако сейчас главным остаётся один вопрос – почему Иран смог, а мы нет? Сейчас всё объясним. На эту важную деталь обратил внимание учредитель Царьграда Константин Малофеев: Мы все знаем, что случилось с Туапсе. Видим страшные кадры экологического бедствия. Дым и гарь как в Тегеране после подлого нападения США и Израиля. Наши люди, как и иранцы, помогают друг другу и волонтёрят. Обычные русские люди рвутся в Туапсе спасать здравницу страны. Однако, у Ирана был и военный ответ. Стратегический, асимметричный, неотвратимый, не ожидаемый врагом: Удар по инфраструктуре противника, невзирая на юридические адреса. Перекрытие Ормузского пролива - не заявление в ООН, а реальное действие. Никаких переговоров "ради деэскалации". Только язык силы. И враг дрогнул. Не в соцсетях,