надежда долгий

Так уж сложилось, что в России произошло обесценивание этой медицинской специальности, и случилось это отчасти по независящим от самих терапевтов причинам. По каким? 1. Резкое возрастание объема медицинских знаний в области внутренних болезней ("внутренние болезни", "внутренняя медицина", "терапия" - это всё синонимы, и врачи привыкли к этим названиям, хотя для стороннего уха это звучит наверное непривычно). Одному человеку крайне сложно поддерживать высокий уровень знаний и навыков, одинаково хорошо разбираясь во всех семи терапевтических специальностях (кардиология, пульмонология, гастроэнтерология, нефрология, эндокринология, гематология, ревматология). Кроме того, даже обладая хорошими теоретическими знаниями во всех перечисленных сферах (допустим, что это так!) невозможно приобрести глубокую компетентность в каждой из них, не видя и не занимаясь невероятным разнообразием патологии в каждой из них. Часто ли терапевт сталкивается с системной красной волчанкой, с системной склеродер

Я ехала домой после работы. Голова гудела, в ушах звенело от офиса, людей, звонков. Хотелось одного — доехать спокойно, в тишине, дожить до душа и пледа. Автобус был забит. Я едва успела втиснуться у задней двери. Встала, прижала к себе сумку, зацепилась за поручень и попыталась настроиться на «не видеть — не слышать». На остановке «Центральная» влез какой-то солидный на вид мужчина: лет пятьдесяти, аккуратный, в очках, при галстуке. С портфелем, дорогим, кстати. Пахло от него кожей и парфюмом. Становится рядом. Ладно, тесно, у всех вечер. Но через пару минут я почувствовала, как его локоть явно упирается мне в спину. Отодвинулась. Через несколько секунд — снова. Уже боком. Потом рука… скользнула вниз. По спине. И дальше. Я резко повернулась. — Простите, вы куда руки суёте? Он сделал невинное лицо: — Девушка, тут люди как сельди в бочке. Не выдумывайте. — Я не выдумываю. Я чувствую вашу руку у себя на пояснице. Не трогайте меня. — Если вам что-то мерещится, — он усмехнулся, — может, с