Раушания Шарипова

Иногда самые тревожные истории приходят не из архивов и не из древних книг. Они звучат тихо, почти случайно — из уст тех, кто, казалось бы, не мог ничего помнить. Несколько месяцев назад в одной из российских больниц произошёл странный случай. Девочка-подросток, проведшая в коме почти три недели, очнулась и начала говорить вещи, от которых у взрослых мороз шел по коже. Она утверждала, что Земля уже проходила нынешний этап развития. И закончился он катастрофой. По словам девочки, человечество в далёком прошлом достигло уровня, который мы сегодня называем технологическим пиком. Энергия извлекалась из самой планеты, климат контролировался, города росли быстрее, чем леса. Но вместе с прогрессом пришла жадность. Цивилизация начала переписывать природные циклы, истощать почву, выжигать океаны, менять атмосферу. Планета медленно теряла влагу. Континенты трескались. Пески наступали так же, как сейчас они наступают в Африке и Азии, только в глобальном масштабе. Финал был почти марсианским. В

Фигура Бориса Николаевича Ельцина продолжает оставаться точкой острейшего идеологического разлома в современной России. Для одних — это «отец российской демократии», смелый реформатор, сломавший хребет советской тоталитарной системе. Для других — разрушитель великой страны, предатель, чье правление обернулось национальной катастрофой. Однако за этими полярными оценками часто теряется главный вопрос: как именно, в рамках каких механизмов советской системы, человек с провинциальной биографией сумел не просто подняться на вершину власти, но и стать центром притяжения сил, которые эту систему демонтировали? 1 февраля – день рождения Ельцина, поэтому есть повод поговорить об этом. Историк Евгений Спицын в своем подробнейшем анализе отвечает на этот вопрос без глянца и пафоса. Его рассказ — это не биография в классическом смысле, а вскрытие «кухни» кадровых решений, внутрипартийных интриг и роковых просчетов позднесоветского руководства. Это взгляд изнутри аппарата, где нет места романтическ