ВАЛЕНТИНА КОЗЫРЕВА

Июль 1941 года, тихая станция Лычково под Демянском. В воздухе уже витала напряженность от приближавшихся боевых действий и напиравших по многим фронтам фашистов. Тем не менее, никто не ожидал того, что случится в этот прекрасный летний день. Более того, никто не ожидал, что на такое в принципе будут способны вражеские войска, ведь среди эвакуируемых в тот день были самые обычные дети - воспитанники садов, школ и детских домов. В тот самый день на станции под Демянском стоял эшелон с детьми. Это были ленинградские дети, среди которых школьники, малыши из детских садов, а также воспитанники детских домов. Кто-то не имел семьи и только радовался новым приключениям и какому-то длительному путешествию. Других родители отправили в эвакуацию добровольно, понимая, что в городе вскоре станет очень опасно. Многих успели эвакуировать из города в срочном порядке, однако Ленинград довольно большой, следовательно и детей в нем много, поэтому эшелон пока оставался на станции в ожидании новых групп,

Машу коротко остригли и заперли дверь на ключ. Мужу было выгодно признать ее сумасшедшей – тогда он получал ее деньги. «Не выберешься!» - с ухмылкой сказал Свешников. А она царапала ногтями оконную раму, пытаясь сделать щель между нею и стеклом. Только в этом было ее спасение. Только так она могла протолкнуть «на волю» маленькую записку… Девочка, появившаяся на свет 4 января 1863 года, была в семье Пуаре седьмым ребенком. Преподаватель гимнастики и фехтования, Яков Пуаре, был потомком солдата наполеоновской армии. Таких в России оказалось немало: раненые, без гроша в кармане, они просто не могли вернуться на родину. А кому-то было стыдно являться проигравшими… Пуаре нанялся в богатый барский дом, потом женился… Да так и остался в некогда чужой для себя стране. Матерью Маши была Юлия Андреевна Тарасенкова, происходившая из семьи состоятельных купцов. Она увлекалась музыкой и обожала ставить домашние спектакли. Публика съезжалась самая взыскательная! Бывали в доме Пуаре на Петровке и гра