Людмила Толубаева

Еще несколько лет назад Дмитрий Орлов был тем самым актером, которого в российском кино узнавали с первого взгляда — тяжелый прищур, скуластое лицо, молчаливая внутренняя сила. «Брат-2», «Сестры», «Первый после Бога» сделали его символом жесткого времени и мужских ролей без сантиментов. Карьера шла по нарастающей, предложения сыпались одно за другим, а статус почти суперзвезды казался делом решенным. И именно в этот момент Орлов исчез — просто перестал быть частью московского кинопотока, в котором его уже видели почти состоявшейся звездой. Его отъезд из Москвы оказался не капризом и не паузой ради «перезагрузки». За этим решением стояли развод с Ириной Пеговой, тяжелая зависимость, операция с пугающими прогнозами и ощущение, что привычная жизнь ведет в тупик. Он выбрал Ессентуки вместо столичных съемок, тишину вместо публичности и попытку разобраться с собой вместо очередного контракта. Для одних это выглядело как бегство, для других — как редкая честность по отношению к собственной жи